Книга Где деньги, мародер?, страница 30 – Саша Фишер

— И это кажется вам несправедливым? — Ярослав Львович склонил голову и прищурился.

— Как-то глупо прозвучало, да? — сказал я и опустил взгляд. Блин, какой же он крутой все-таки! За все время службы мне не случалосьпопадать в плен, так что инструкции о том, как вести себя при вербовке, я знаю только в теории. Кроме того, здесь все-таки была совсем другая ситуация… Не такая однозначная, как в зоне боевых действий, где никаких двойных толкований нет, есть только черное и белое. Свои и чужие. А здесь у меня кто свой? А кто чужой?

— Кажется, я вас смутил фразой про серьезный разговор, — сказал Ярослав Львович и вздохнул. — Моя ошибка. Теперь я чувствую что вы напряжены и подозрительны. И в каждом моем слове ждете подвоха. Ну что ж… mea culpa. Придется вести дальнейший разговор именно в этом ключе. А к разговору о дружбе вернемся чуть позже. Итак, вы правы. Я хочу вас использовать. Или, если быть точнее, изу в вас потенциальный инструмент для своих дальнейших политических внутриуниверситетских игр. Понятно, почему потенциальный?

— Я же новичок, — сказал я. — Моих способностей и возможностей вы пока не знаете.

— Все верно, — Ярослав Львович кивнул. — Ценность же ваша, Богдан, в том, что магические способности у вас в принципе есть. Да, неразвитые, вы пока ничего не умеете, и, возможно, ждать, пока вы разовьете, придется не один год. Но они есть. И это уже отличает вас от абсолютного большинства других людей. Однако сложившееся положение дел таково, что студенты с вашими данными оказываются вне моего влияния. И большинство уже через несколько месяцев нахождения здесь превращаются в бесполезных оболтусов и лоботрясов, с которыми просто невозможно вести дела.

Я вспомнил троицу мародеров. В целом, если быть честным, они, скорее всего, отличные ребята. Во всяком случае, с ними нескучно.

— Поэтому, узнав о вашем прибытии, — Ярослав Львович нахмурился и потер лоб, я вынужден был принять некоторые меры, чтобы перехватить вас до того, как вас закрутит задорная студенческая жизнь мародеров.

— А откуда… — начал я, но замолчал.

— У меня свои источники информации, дорогуша, — Ярослав Львович подмигнул. — В свое время я обязательно поделюсь ими с вами, Богдан. Если мы подружимся. Но я продолжу. Итак, я перехватил вас у Сольвейг Павловны и оказал вам услугу. Правда, пока вы этого не понимаете, но потом поймете.

— О чем это вы? — спросил я.

— О пробое, конечно, — сказал Ярослав Львович. — Я уверен, что вы все еще сердитесь на меня и Феодору за тот спектакль, что мы устроили, чтобы спровоцироватьвас. Но, уверяю вас, это временно. Ровно до тех пор, пока ваши коллеги в пьяных откровениях не расскажут, что пришлось пережить каждому из них, прежде чем их многострадальная одаренность сумела выйти наружу.

— И что же? — с любопытством спросил я.

— Нет-нет, это будет более эффектным, если они сами вам расскажут, — сказал Ярослав Львович. — Конечно же, я в курсе подробностей, ведь это мои девочки их лечили. Но мое изложение событий, я уверен, покажется вам предвзятым.

Я усмехнулся. Волей неволей, я опять почувствовал к этому забавному толстяку симпатию. Его манера разговаривать, жестикулировать, улыбаться к месту и не к месту прямо-таки кричала о том, что он отличный мужик, и у меня совершенно нет никаких поводов для недоверия и подозрений.