Книга Красный вервольф 4, страница 71 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

— Понял, не мое дело, — я кивнул. — Есть еще какое-то задание?

По лицу Лаврика было понятно, что ему хочется продолжать трахать мне мозги до тех пор, пока я не сдамся и не поклянусь докладывать ему даже о каждом своем походе в сортир. Но этого я делать, конечно же, не собирался. Выбесило его то, что я в самом начале встречи рассказал ему только про его задание и отказался отвечать на вопросы, где я был последние три дня. Не стал с ним делиться ни своими подозрениями насчет строительства, ни, тем более, про Анну, и наше стремительное бегство из Заовражино. Допустим, резоны его секретного отдела — не мое дело. Но и ему совсем необязательно знать, чем я занимаюсь.

Пауза затянулась.

Я расслабленно сидел, не делая никаких попыток ее прервать.

— Есть задание, — сказал наконец Лаврик. — Сюда иди.

Он раскрыл папку, которая лежала перед ним на столе.

Та же история. Фотокарточка типичного такого фрица с железным крестом на шее и в форме эсэсовца. Карта. Пожелтевшие бумаги, покрытые кривыми непонятными значками и схематичными рисунками.

Вот только место для этого задания я очень хорошо знал. Лаврик отправил меня в Заовражино.

— И еще кое-что, — НКВД-шник посмотрел на меня сквозь очки. — Нужно будет устроить небольшой пожар. Вот здесь можете применить свою импровизацию, но так, чтобы в этом деле угадывалась лапа Вервольфа. Как угодно, вольфсангелями стену распишите или еще как. Доступно?

Я молча изучал фотографию жертвы. Нет, этого парня я раньше не встречал. Знал только его имя. Анхель Вольфзауэр. Лаврик отправлял меня убить моего предполагаемогодеда. Это было… Иронично. И как-то странно.

— Есть возражения? — с нажимом спросил Лаврик.

— Все понятно, — я пожал плечами с деланным равнодушием, которого на самом деле не ощущал. Почему-то эта история мне перестала нравиться. — Вопрос есть. Или мне все еще не полагается задавать вопросы?

— Ох, и странный же ты тип, герр Алекс Вольф, — хмыкнул Лаврик. — Откуда в тебе столько гонора? Или ты совершенно не боишься, что стоит мне перестать тебя прикрывать, твой Хайдаров тебя с говном сожрет?

— Я хочу напомнить вам, Юрий Иванович, что я работаю в другом ведомстве, — сказал я.

— Да нигде ты не работаешь, Волков! — взорвался НКВД-шник. — Ни один запрос о тебе не дал результатов! Нет тебя, понимаешь? Не су-щест-ву-ет! Так что вбей уже в свою упрямую башку, что ты живой только до тех пор, пока я этого хочу!

— Так можно вопрос или нет? — тихо спросил я.

— Спрашивай! — буркнул Лаврик и захлопнул папку.

— Другой вариант жертвы у меня есть? — я ухватил кончиками пальцев фотографию деда и снова вытащил его из папки.

— Ты отказываешься убивать этого врага? — опасно прищурился Лаврик.

— Суть вопроса не в этом, — сказал я. — Мне ведь нужно не столько убить конкретного фрица, сколько при помощи убийства донести нужную информацию. Так?

— Допустим, — после паузы кивнул Лаврик.

— Важно ли, чтобы конкретно этот тип был убит, или на его месте может быть кто-то другой?

— Хм… — Лаврик задумался. Потом поднял на меня глаза. — Жертвой может быть другой немец. Но этот конкретный человек в любом случае должен быть убит.

Я вышел из штаба, остановился посреди лагеря и почесал в затылке. Моя дрессированная интуиция, которая спасала меня уже кучу раз, молчала. С одной стороны, теперь-то уже какая разница? Мой отец родился, и я даже принял в этом процессе какое-то участие. Так что беречь жизнь и здоровье неведомого фрица уже никакой необходимости нет. С другой стороны…