Онлайн книга «Красный вервольф»
|
— Я спрашивал про этого Волкова, — гестаповец разжал, наконец, пальцы и посмотрел на графа. — Твоя непозволительная легкомысленность… — Алоиз, не припомню, чтобы я просил твоего совета, — голос графа заметно похолодел. — Решения я всегда принимаю сам. — Кроме тех случаев, когда твое решение может быть опасным для нашего общего дела, — отчеканил гестаповец. — Отстань, Алоиз, мне не нравится твоя подозрительность, — граф поморщился и капризно дернул плечом. — Ты же знаешь, что я отлично разбираюсь в людях. Я знал, что возьму к себе Алекса, с первой секунды, как он вошел в дверь. Марта, почему ты еще здесь? Я же приказал принести новую одежду. И еще это… Что там полагается по форме три? Паек, карточки на посещение столовой, пропуск в бани… В общем, ты знаешь все сама, что я тебе объясняю?! — И все-таки… — гестаповский штандартенфюрер продолжал смотреть на меня. — Этот разговор закончен, Алоиз, — вот теперь в голосе графа зазвучал лед и сталь. Эти двое встали друг напротив друга и несколько секунд сверлили друг друга своими холодными арийскими глазами. Штандартенфюрер сдался первым и отступил. — Так я беру на тебя пропуск на сегодняшнюю вечеринку в офицерском клубе, Отто? — как ни в чем не бывало спросил он, как будто забыв в одно мгновение он моем существовании. Гестаповец ушел, наградив меня напоследок долгим подозрительным взглядом. Не отцепится этот хрен, стопудово. Перед графом он пасанул, конечно, но мне явно не верит. И будет копать. Бл*ха, принесло же его. С раками этими дурацкими… «Василий Иваныч, там белые пиво с раками пьют!» «Да нет, Петька, не с*раками, это у них рожи такие!» Ладно, не ссы, дядь Саш, прорвемся. И не из таких передряг выбирались! Хотя, конечно, мог ли я вообще когда-нибудь подумать, что буду устраиваться переводчиком к немецкому аристократу-искусствоведу, а его друг из гестапо будет подозревать меня в шпионаже? Работой граф меня завалил еще до того, как Марта вернулась. В коробке были каталоги из музеев царского села. Описания экспозиций и содержимого запасников. Журналы выглядели свеженькими, кто-то явно снял для графа копии. Кто-то из музейных работников. — Я прикажу оборудовать тебе рабочее место, — сказал граф, стремительно перемещаясь по кабинету. — Сегодня поработаешь за журнальным. Если что-то будет нужно, зови Марту. Но к вечеру все должно быть готово! Я приступил. Через полчасика вернулась Марта, нагруженная массой всякого добра. Две смены белья, галифе, пара рубах, гимнастерка, похожая на форменную, но советскую, а не немецкую. Без знаков различия. Новехонькие хромовые сапоги. Картонная коробка, набитая жестяными банками и бумажными пакетами. Продуктовое довольствие, понятно. Кроме того, мне полагалось двухразовое питание в столовой для «русской администрации» и баня. Баня — это хорошо. А то мне уже даже думать не хочется, какой от меня запах исходит… Между делом, пока я скрипел по бумаге неудобной перьевой ручкой, выяснил, что завтра у графа на утро назначено совещание с рабочей группой из русских и немецких деятелей искусства, насчет организации местного музея. Поэтому ему понадобится и переводчик, и журналы, которые я сейчас перевожу. За ночь граф собирался изучить каталоги, чтобы утром отдать распоряжение, что именно он желает заполучить в первую очередь. Ассортимент ценностей изучить хочет, хрен аристократичный… |