Книга Князь Никто, страница 41 – Саша Фишер

— Значит, еще не время, — философски заметила Мороча и пожала костлявыми плечами.

— Почему ты мне помогаешь? — снова спросил я.

— Ты вступил в поединок с судьбой, смешной старик-мальчик, — сказала она. — И я тебе не помогаю вовсе, с чего ты взял? Это твоя война, ты и воюй!

— А вот это все? — я обвел руками капище окруженное деревянными истуканами.

— Это в твоей голове,а я всего-то заглянула на огонек, — Мороча подала мне руку, чтобы я мог подняться. А я даже не сообразил, что упал, когда загадочный шестой идол отказался показывать мне свое лицо. — Ты решил стать судией и повернуть ход времени вспять, опасный путь, и свернуть с него не получится. Ты проиграешь, если хоть одна капля братской крови прольется от твоей руки. И кости твои сгниют на самом дне этого болота, а с плотью твоей будет развлекаться вся Поганая Троица и лично Повелитель Червей. Ты проиграешь, если тобой овладеет сиюминутная жалость. Ты проиграешь, если трижды поддашься на уговоры влюбленной женщины.

— Если это в моей голове, это значит, что я могу сюда попасть, когда захочу? — спросил я, мысленно повторяя ее слова, чтобы не забыть. Ни капли братской крови. Сиюминутная жалость. Уговоры влюбленной женщины…

— Эта комната заперта, но ключ в твоем кармане, — быстро сказала она. — Сейчас тебе надо уходить.

— Подожди! — я попытался поймать ее за руку, но промахнулся. Со всех сторон к островку с идолами начала приближаться клубящаяся мгла. Быстро, словно стена урагана. — Я же хотел попросить совсем другого!

Последнюю фразу я выкрикнул уже в лицо Соньке-Арфистке.

Я снова был в ее комнате. Мы стояли в самой середине, она крепко сжимала оба моих запястья. Глаза ее были закрыты.

Колени дрожали. По спине сползала липкая струйка пота. Во рту ощущался отчетливый вкус крови. “Ненавижу старух, — подумал я, пытаясь высвободить руки из окостеневших пальцев Соньки-Арфистки. — Приходишь за мудрым советом, вместо этого слушаешь бессмысленную трескотню и лопаешь от пуза пирожки. Я приходил совершенно по другому делу, а вместо этого…”

Веки Соньки дрогнули и затрепетали. На несколько мгновений на ее лице замерло выражение сладкой неги, будто она только что проснулась от приятного сна. Но от него не осталось и следа, как только она открыла глаза.

Лицо ее исказила гримаса ненависти. Она разжала пальцы и с силой толкнула меня в грудь. Будь я своего “взрослого” размера, я бы даже не шелохнулся. Но тело подростка было довольно субтильным, так что меня отнесло к двери и довольно чувствительно приложило затылком.

— Ты воспользовался мной, маленький говнюк! — зло прошипела Сонька. — Убирайся. И забудь дорогу в мой дом!

— Но… Я не понимаю, о чем тыговоришь… — пролепетал я, прикрывая голову. На самом деле, я понимал. Ну или почти понимал. Знахарки, вроде Соньки, пользуются заемной силой, своей у них нет. Да, они могут быть очень могущественными, и им нередко доступно то, о чем аристократы со своей родовой магией могут только мечтать. Но у всего есть цена. И когда хтонические покровители решают вдруг взбрыкнуть и сделать по-своему, им ничего не остается, кроме как подчиниться.

— Все ты понимаешь, — слова вырывались из ее рта, будто она их выплевывала.

— Я же не знал… — я постарался придать лицу умоляющий взгляд. Мне действительно не хотелось с ней ссориться. Я правда хотел, чтобы она помогла мне по своей воле. И когда разговор пошел куда-то не туда, был почти уверен, что уйду от нее, не солоно хлебавши. А получилось… как получилось.