Книга Звезда заводской многотиражки 4, страница 77 – Саша Фишер

Я встал из-за стола и положил перед редактором свое заявление.Прямо поверх писем, которые он читал. О, только сейчас понял, что именно он читает! Это же мои «девочки», которые не нашли в выпуске свежего номера рубрики с письмами. И слезно просят вернуть ее обратно. «…настоящая отдушина», «хочется знать, что ты не одна такая», «помогает взбодриться и чувствовать себя хорошо…» Неужели Нонна подсуетилась? Или это собственная инициатива читательниц? Второе было бы предпочтительнее, конечно. Хотя рубрика молодая, по-настоящему привыкнуть еще не успели.

— Мельников? — ЭсЭс пробежал глазами по моему заявлению, поморщился. — Сядь.

— Сергей Семенович, но мне и правда нужно собрать материал для статьи! — с энтузиазмом возразил я. — Не могу же я писать про рацпредложения из головы, мне надо пообщаться с рационализаторами, и только потом…

— Сядь, Мельников! — повторил ЭсЭс уже громче.

«Черт, наверное сейчас все-таки устроит головомойку насчет драки…» — подумал я и опустился на стул перед столом главного редактора.

— Ты знаешь, что это такое? — раздраженно сказал ЭсЭс и хлопнул ладонями по столу, заваленному письмами.

— Редакционная почта? — с невинным видом спросил я.

— Здесь семьдесят два письма, — сухо сказал он. — И семьдесят из них просят, требуют и умоляют вернуть рубрику про… — он сделал паузу и скривил презрительную рожу. — Про семейные отношения.

— Сергей Семенович, а вы женаты? — с тем же невинным видом поинтересовался я.

— Нет! — ЭсЭс грозно сверкнул глазами. Ах да, как я мог забыть! Он же женился на Торопыговой и быстро с ней развелся, только чтобы фамилию сменить. Потому что под прошлой фамилией у него имелся диагноз, с которым бы его никогда не допустили к должности с управлением людьми.

— Понимаете, Сергей Семенович, — начал я задушевным тоном. — Хорошая и крепкая семья — это, можно сказать, залог хорошей работы. Человек, у которого неладно дома, у станка тоже будет халявить, потому что в голове у него будет каша. А задача нашей заводской газеты прежде всего в том, чтобы учитывать все, так сказать, аспекты…

— Да что ты в этом понимаешь, мальчишка! — взорвался ЭсЭс. — Аспекты у него! Учить он меня тут будет, что важно, а что не важно! Говори, это ты все устроил, да? Подговорил своих друзей, чтобы они меня завалили письмами, чтобы я…

— Вы слишком хорошего мнения о количестве моих друзей,Сергей Семенович, — усмехнулся я.

— Сергей Семенович, но ведь Иван правду говорит, — сказала со своего места Даша. — Мы же в газете публикуем кроссворд и колонку юмора. А ведь это тоже никак не отражает наше производство…

— Кроссворд — это гимнастика для ума! — резко бросил ЭсЭс.

«Все-таки он тупой…» — подумал я. И посмотрел на редактора с отеческой нежностью.

— Так что вы предлагаете, Сергей Семенович? — спросил я, едва заметно улыбнувшись. Понятно же, что он хотел сорвать на мне злость, и не более чем. Пристыдить зарвавшегося молокососа, на сторону которого неожиданно встали работники завода. На самом деле, количество писем меня тоже удивило. Как-то даже не думал, что их окажется так много…