Книга Звезда заводской многотиражки, страница 75 – Саша Фишер

В принципе, за неделю я мог один написать абсолютно все материалы. Даже с учетом, что набирать их мне придется на грохочущей печатной машинке «Москва». Портативная, да. Ее можно носить в прилагающемся чемоданчике, правда весит она целую тонну, не меньше. Ну ладно, я преувеличил, килограмм пять всего. Я мысленно представил себя, притащившего этот гроб в тот же «Петушок». Это тебе не с невесомым макбуком по кофейням таскаться. Это... Это... Картина так меня захватила, чтоя начал думать, как бы вынести с завода на денек печатную машинку. Только лишь для того, чтобы почувствовать себя советским хипстером.

Но болтающаяся на каретке жестянка инвентарного номера намекала, что никак я ее не вынесу. Разве что озабочусь дополнительным заработком и куплю себе свою. Сто двадцать рублей, если повезет. При моей зарплате в восемьдесят.

А в пятницу в редакцию явился Мишка. В том же самом клетчатом пиджаке. Кажется, он даже в девяностые его таскал, какой-то совершенно неубивамый импортный фасончик оказался.

— Иван, здорово, — сказал он как-то виновато. — Слушай, тут такое дело... То ли с пленкой что-то не так, то ли проявитель попался бракованный. Или пленка с дефектом. Сам посмотри...

Я взял из его рук рулончик черно-белой пленки и растянул и повернулся в сторону окна. Ну да, вот он я, сначала в кофте, а потом в одной рубахе. Только вместо лица у меня мутная засветка с серыми разводами.

— Ты извини, что так вышло, — он развел руками. — Давай я сейчас тебя прямо на рабочем месте сниму. И напечатаю в понедельнику, лады?

— Бывает, что уж, — я развел руками. — Валяй, снимай.

Мишка с некоторой суетливостью принялся извлекать фотоаппарат из чехла. У него даже руки дрожали. Да уж, он всегда очень нервно относился к своим неудачам. Бывало даже впадал в депрессию, запирался в своей квартире и не выходил трое суток. Блин, засада какая! Даже обидно, что испортил ему настроение. Ну, то есть, я не виноват был, конечно, какой-то технический сбой... Или?

Я посмотрел на Мишку. Тот крутил настройки фотоаппарата. «А ведь стопудово опять не получится!» — подумал я. На всех восьми кадрах одинаковый дефект. На лице. Как будто фотоаппарат Мишки знал, что внутри этого «героического сталевара» вовсе не Иван Мельников.

— Мишка, подожди! — сказал я и вскочил. — А можешь напечатать эти кадры?

— Зачем? Лица же не видно все равно! — он вцепился пальцами в бороду.

— Зато можно будет рассмотреть получше, что там вместо лица! — с энтузиазмом заявил я. — Я недавно статью читал о том, что фотоаппараты могут иногда снимать то, чего человеческому глазу не видно, Ученые пока не нашли ответа, что это такое, но вдруг это тот самый случай, а? Сделаешь?

— А фотография для стенда? — спросил Мишка.

— Я из дома принесу, у меня есть, — махнул рукойя. — Какая надо, прямо академик от журналистики на фоне книжного шкафа. А потом еще поснимаешь, при случае. А?

— А где читал? — заинтересовался Мишка.

— Не помню, в «Технике — молодежи», кажется, — я пожал плечами. — Но это не точно. А что ты после работы сегодня делаешь? Может по пивку?

Пивной бар назывался «Колос», и это был настоящий филиал ада на земле. Во всяком случае, именно так я подумал, как только мы вошли. Общительный Мишка в пятницу вечером, разумеется, вовсе не собирался прозябать в одиночестве, они с парнями уже запланировали культурную программу, так что я мне пришлось бесцеремонно напрашиваться с ними. Апеллируя к тому, что я бедненький, никого здесь не знаю, а мне же надо как-то вести здоровую социальную жизнь. В общем, Мишка мялся не долго и предложил приходить в этот самый бар «Колос». От завода недалеко, пешком можно дойти.