Книга Звезда заводской многотиражки, страница 32 – Саша Фишер

— И что потом? — нетерпеливо спросил Бобер, потому что Веник снова взялся за чашку.

— Напоил чаем уложил спать, — сказал Веник, потом хлопнул меня по плечу. — К вам вот привел. Видели когда-нибудь ожившего трупа?

— Ничего себе... — тихонько, едва слышно сказаламонголоидная девушка.

— Ой, да кому вы верите? — черненькая «морковка» взяла свою кружку и сделала глоток. Цвет напитка отличался от нашего чая. Красноватый такой. Не припомню, чтобы в меню советских кафе-мороженое подавали каркаде. Значит...

— Жаныч, ты чай-то пей, освобождай тару! — Веник снова похлопал меня по плечу. — Евген, начислишь мне?

Веник опустил кружку под стол, парень из «Аббы» бдительно огляделся и потянул из сумки бутылку со светло-коричневой этикеткой. «Портвейн молдавский розовый». И жизнерадостный мужик в шляпе. Под столом раздалось отчетливое буль-буль-буль.

— А тебя правда зовут Жан? — спросила брюнетка.

— Уи, сударыня, — я снял с головы воображаемую шляпу. — Меня так непременно звали бы. В Бургундии, Нормандии, Шампани или Провансе. А здесь я просто Ваня, увы!

— Да говорю же, Веник опять все выдумал! — брюнетка сложила губы куриной гузкой. — Сам задрал уже со своим французским, и еще одного притащил. Веник, скажи правду, он тебе кто? Какой-нибудь двоюродный брат из Закорска?

— Да зуб даю, только сегодня ночью в морге познакомились! — Веник отхлебнул из своей кружки. — О, Лизавета! Ты вроде его тоже знаешь! Ну скажи, что он никакой мне не брат, а?

— Он, конечно, тоже козел, но точно не твой брат! — Лизавета стрельнула в меня глазами. Опять-таки довольно зло. Было заметно, что ее прямо-таки распирает от желания устроить скандал, но что-то мешает. Либо хорошее воспитание, либо ей предмет разговора перед публикой светить не хочется.

Я тоже взял чашку и сделал глоток. Фу, сладкий чай! Отвык как-то от этого сочетания, даже в голову не приходило, что где-то меня могут вообще не спросить, нужен ли мне в чае сахар. А может тут сахар сразу в котел с чаем насыпают, фиг его знает...

Треп с моей персоны свернул в сторону обсуждения каких-то сплетен. Обсуждаемых людей я не знал, но на всякий случай запомнил, что Лилька забеременела от женатого хахаля, Витька родители устроили на работу в исполком, а он согласился, позорник. А у Наташки мать собирается на закупки в Москву ехать на той неделе, можно что-нибудь успеть заказать, если денег найти.

На самом деле мне было довольно интересно. Как тому самому Дроздову в его познавательных экспедициях, где он за зверюшками наблюдает. Вот сейчас, например, мне удалось оказаться в естественнойсреде обитания молодежи, куда в прежнем виде меня бы никто не пустил. Точнее, может они и пустили бы, но вот разговоры бы вели какие-нибудь другие.

— Ванечка, тебе не кажется, что нам надо поговорить... — раздался над моим ухом шепот. — Выйдем, покурим?

— Конечно, дорогая, — сказал я и поднялся. Момент был выбран удачно, все как раз горячо спорили о том, какие джинсы лучше — левис или монтана. Очень важный спор, учитывая, что ни кого здесь, насколько я успел заметить, настоящих джинсов не было. Но в любом случае, все были заняты, и наш с Лизаветой уход практически не заметили.

— Ты зачем приехал? — зло прошипела Лизавета, как только мы вышли за дверь кафе.

— Хотел тебя найти, конечно, — ответил я со всей искренностью. С одной стороны, я не знал, что там между нами произошло, с другой — сейчас она начнет скандалить и выложит все сама.