Книга Звезда заводской многотиражки, страница 121 – Саша Фишер

— Ах ты крысеныш... — глаза Игоря сузились в узкие щелочки. Фонарь освещал его пока еще красивое и мужественное лицо, снежинки падали на его гладко выбритую щеку и сразу же таяли. — Как бы мне вдолбить-то тебе в голову одну простую мысль...

Он сжал зубы, на его скулах зашевелились желваки. Нда, молодой и талантливый рационализатор, заместитель главного инженера... А вот угрозы-то у тебя пока еще от зубов не отскакивают.

— Что, тяжело дается обещание убить родного брата, да? — снова усмехнулся я.

Хххэк! Кулак летел мне в лицо, но в последнюю секунду рука брата сменила траекторию, и он впечатался в кирпичную стену рядом с моей головой.

— Думай, что говоришь, Ванятка, — тихо проговорилон.

— Никаких возражений, Иван! — безаппеляционно заявил Феликс Борисович, захлопнув дверцу своей «пятерки». — Тебе нужен покой, а в общежитии — сплошной шум, гам и свистопляска. Кроме того, у меня есть пишущая машинка, так что у меня тебе будет удобнее и лучше.

Не то, чтобы мне как-то особенно хотелось возражать... На третий день мне удалось зажать в углу своего доктора, который оказался больше всего похож на мультяшного злодея, и затребовать, чтобы меня выписали. Сначала он наотрез отказывался, потому что, мол, надо понаблюдать, черепно-мозговые травмы — штука коварная и все такое. Но волшебная бутылочка сделала его более договороспособным. Он согласился, что ничего дурного не будет, если перевести меня на амбулаторное лечение, взял с меня клятвенное обещание больше не бегать сломя голову и не стукаться головой о твердые предметы.

— Феликс Борисович, а что насчет моего вопроса?.. — осторожно спросил я, щелкая замком ремня безопасности.

— Ирина обещала зайти сегодня после работы, — Феликс энергично кивнул и выкрутил руль. Машина тронулась и вырулила с территории больницы.

Странное у меня было ощущение после этой неожиданной госпитализации. С одной стороны, мне было очень тепло и приятно от заботы и участия такого большого количества людей. С другой... А с другой стороны был Игорь. И вся та темная история, в результате которой я должен был умереть, но не умер. Точнее, умер, конечно. Ивана Мельникова больше нет, а на его месте теперь нахожусь я. Иван знал что-то важное, копал под кого-то и собирал информацию. Но пустить ее в ход не успел.

Я прикрыл глаза, чтобы не смотреть на пробегающий мимо зимний городской пейзаж.

Все это ощущалось так, будто сначала мне показали «конфетку» — мое идеальное место работы с коллективом мечты, практически, неравнодушных друзей, красивых женщин и весь остальной простой и удивительно притягательный мир. Не без недостатков, конечно, но они скорее подчеркивали эту самую идеальность. Идеальность не для кого-то, не объективную, а только мою. Можно сказать, исполнение мечты, о которой я думал в последний свой день жизни там. А потом дали понять, что я получу все это, только если справлюсь с проблемами предшественника. Товар в нагрузку, так сказать. Высокопоставленный оппонент,брат с криминальным складом ума, и загадочные обстоятельства.

А главное — никаких, черт возьми, проблесков памяти! Я до головной боли пялился в темноту каждую ночь и как мантру повторял про себя все те куцые факты, которые мне известны, ожидая, что во сне мое цепкое сознание ослабит когти и позволит воспоминаниями настоящего Ивана Мельниква выползти из тени и хотя бы намекнуть на то, чем он занимался. Но увы. В первую ночь мне не снилось вообще ничего, а потом — сплошная эротика, местами переходящая в порнографию. С участием Анны Аркадьевны, баллона взбитых сливок и почему-то плюшевого льва гигантских размеров.