Книга Чужой наследник 7, страница 7 – Данил Коган, Саша Фишер

— Дизель. — Взревел двигатель. Машину затрясло мелкой дрожью. Разговаривать стало совершенно невозможно, и я поспешно застегнул на голове шлемофон.

— Проверка систем. — Прогудел в наушнике голос Черепанова.

Иван отозвался:

— Связь есть. Масло, порядок. Давление в гидравлике. В норме. Топливо — сорок километров. Ресурс реактора — девяносто девять. Сенсорные системы отключены. Оружие и боеприпасы отсутствуют. Сигналы о неисправностях отсутствуют. Движение возможно.

— Встаем. — коротко прокомментировал Черепанов.

Стрелки на панели гидравлики качнулись в оранжевую зону. Фигурка меха на одном из экранов, болтающаяся в нескольких плоскостях, накренилась и задрожала. У меня возникло и пропало ощущение падения в животе. Пейзаж вокруг резко пошел вниз. Почти неслышно за ревом двигателя, лязгнули, распрямившись, четыре ноги-опоры.

— Доклад! — опять Черепанов.

— Давление в норме. — Ответил Иван. Одна опора запаздывает почти на секунду. Рекомендую отложить испытание.

— Не ссы, кадет. До контрольной точки дохромаем. В крайнем случае застрянем на полигоне. Проверка механики. Потом начинаю движение. Технику доклад, по мере обнаружения неисправностей. Стрелкам смотреть в оба!

Разыгрался старый пень. Героем войны за село Зарубкино себя почувствовал.

Я смотрю, но не вокруг, а на то, что творит Черепанов. Тяжелый мех управляется совсем не так, как легкий. Одна рука Черепанова одета в пилотскую перчатку, покрытую кучей проводков, контактов, индикаторов. Запястье жестко закреплено параллельно подлокотнику кресла. Кисть в специальном углублении. Движение меха эмулируется именно левой перчаткой. Забавное зрелище, будто ребенок в «слоника» играет.

Вторая рука оперирует со множеством рычагов и кнопок, справа от пилота. Под лязг цепи кабина поехала вправо. Совершила полный круг и вернулась, теперь уже против часовой, на прежнюю позицию. Башня над нами и боковые башни тоже прокрутилисьвокруг себя.

— Левую боковую блокирую. — Доложил Иван. — Клинит. Чего вы ими крутите, Ефим Алексеевич. Я их даже не смотрел особо.

— Вот то-то и оно. Халтурщик. Ладно. Двигаем. Все пристегнулись? — Он быстро оглядел кабину. — Олег! Пристегнулся, живо!

Я со вздохом застегнул неудобный брезентовый ремень. Черепанов из породы людей, которым легче дать, чем отказать. Ваня, смотрю, надулся на халтурщика. Отличный у нас экипаж машины боевой получился. Зануда, клоун и халтурщик. Эх, прокатимся!

— Чоб я еще раз полез в этого ублюдка адской Хмари и криворуких конструкторов! — На Ваню приятно смотреть.

Он весь, такой салатово-зеленый. Разве что без пупырышек. А так бы был молодец-огурец прям. «Гиппопотама» и впрямь изрядно качает при ходьбе. Я чувствую себя более или менее. Черепанов смотрит на нас снисходительно. Взгляд матерого ветерана на салаг.

— Мне вот интересно, как из его орудий стрельбу вести. — Задумчиво произнес я, роясь в походной аптечке.

— Из боковых можно на ходу. — Ответил Черепанов. — А из ГК только, если лечь на брюхо. Иначе его с опор сносит. А система наведения у боковых стволов довольно эффективная.

Я выдал зеленому Ване флакон с эликсиром против тошноты. Ваня молодец. Он не блюет. Но удерживается только силой воли.

— Короче, такая себе фигня. Вань. Ты думать способен?

— Способен, — ответил наш мастер «золотые руки» возвращая мне пустой пузырек. — Но я не конструктор.