Книга И восходит луна, страница 163 – Дария Беляева

Она предала его доверие.

Ноар ждал Грайс во дворе, прислонившись к машине Маделин.

— Она убьет тебя, — бросила Грайс. Ноар глубоко затянулся сигаретой, догоревшей почти до фильтра, и выбросил бычок.

— Ну, что они сказали? Расскажи мне!

Вид у него был, как у собаки, которой никак не хотели бросить сладкую, вожделенную косточку. Грайс пересказала ему весь разговор с Джанной, пока они шли к Таймс-Сквер. Ноар слушал с интересом, а в конце он вдруг спросил:

— Расстроена?

От неожиданности Грайс ответила правду:

— Да.

— Но он же не запретил тебе, не оторвал тебе голову, ничего такого.

— Я не хотела его ранить.

— Не думаю, что ты его расстроила. Он довольно бесчувственный. По крайней мере, ты не сказала это Багзу Банни.

— Что?

— Ну, Лунному Кайстоферу. Так его Аймили называет. Потому что он похож на чокнутого кролика из мультика. В общем, лучше думай о том, какую услугу ты окажешь ему и всему их роду.

Перед глазами разгорелся Таймс-Сквер. Грайс вдруг спросила:

— А ты любишь Олайви?

Грайс было интересно, можно ли любить своего бога, и похоже ли чувство Ноара к своей богине на ее чувства к Кайстоферу.

— Девчонки, — фыркнул Ноар. Огромные экраны транслировали рекламу за рекламой, «Кока-кола» и «Макдональдс», «Макселл» и «Фрайдейс», «Лэйс» и «Бокарди», все смешалось в голове у Грайс в красную волну и лишь изредка выплывало оттуда в качестве отдельного посыла. Живи на полную катушку, Слава Богу, это Пятница, Вот что я люблю.

Желтые жуки такси ныряли в расступающуюся по сигналу светофора толпу. Яркие зонтики летних кафе казались колышемыми ветром гигантскими цветами.

— Только это и хочешь знать? А не хочешь подумать, что мы будем делать сегодня вечером?

— Что я буду делать сегодня вечером. Приду туда и попытаюсь втереться им в доверие.

Грайс помолчала, а потом кивнула в сторону "Фрайдейс", Ноар сказал:

— Ага.

Они сели за столик, и Грайс закурила. Пока Грайс и Ноар ждали официанта, Ноар ожесточенно постукивал солонкой по столу. Наконец, он сказал:

— Ладно. Отвечу, если пообещаешь во всем слушаться меня и думать только о деле.

— Обещаю, — сказала Грайс. Она была уверена в том, что обещание сдержит — ни о чем другом ей думать на самом деле не хотелось.

Официант, увешанный разноцветными значками и украшенный дежурной улыбкой, сделал вид, что не узнал их, и Грайс была ему невероятно благодарна.

— Мне, — сказал Ноар. — Виски чистоганом и стейк с розмарином средней прожарки. Но главное — это виски.

Грайс заказала фирменный чизбургер, которым можно было наесться на весь день. Грайс обожала такую еду, переполненную трансгенными жирами, вкусовыми добавками и сахаром, хотя и позволяла ее себе только в особенных обстоятельствах. Ничего лучше человечество еще не придумало. Однако эта еда убивала.

Впрочем, в этом простом, прискорбномфакте тоже была своя привлекательность.

Когда заказ принесли, Ноар не удовлетворился своим стейком и принялся таскать ее картошку фри. Грайс ждала. Ноару, обычно очень болтливому, нужно было много времени для того, чтобы сказать что-то личное. Грайс тянула через трубочку флоат "Доктор Пеппер" с ванильным мороженым и смотрела, как вращается вентилятор под потолком.

Наконец, опустошив первую порцию виски и шумно потребовав вторую, Ноар сказал:

— Люблю.

А потом Ноар хлопнул рукой по столу, будто Грайс горячо спорила с ним.