Книга Красная тетрадь, страница 112 – Дария Беляева

– Потанцуй со мной, – сказала Валя. Прозвучало довольно грубо и безапелляционно.

– Я упал, – сказал я. – Весь грязный.

Она сказала:

– Это ничего.

Я аккуратно взял ее за руку, и мы пошли туда, где танцевали Володя с Маргаритой и Андрюша с Дианой.

– Тебе не неприятно? – спросил я.

– Было бы неприятно, я б не пригласила, – буркнула Валя.

Мы развернулись друг к другу, и я взял Валю за плечи. Она тоже положила руки мне на плечи, я поморщился от боли, и она отдернула правую руку.

– Ой, прости.

– Ничего, – сказал я. – Ты очень красивая.

Валя нацепила на себя браслеты из бисера, две пары бус и четыре колечка. На ней была пышная розовая юбка, и я почему-то вспомнил, как красиво она катается на коньках.

– Правда так думаешь? – спросила Валя. – Или научил кто?

– Правда так думаю, – сказал я. Глаза ее распахнулись, а потом она почти сразу отвернула голову.

– Понятно, – сказала Валя.

Песня играла тоже очень красивая, я такой не знал. Мы молчали.

Бегали по кругу Мила и Ванечка. Кажется, Мила его догоняла. Ванечка кричал:

– Не хочу танцевать!

Мила, вероятно, очень упорная девочка.

– Не бегай, Ванечка! – кричала Антонина Алексеевна. Алеша спал на двух приставленных друг к другу стульях.

В песне пелось о любви, но слова я сейчас почти забыл. Я смотрел на Валю, и ее глаза вдруг показались мне почти совсем прозрачными – надо же, какой необычный цвет.

Не то чтобы мы танцевали очень хорошо. Скорее, переминались с ноги на ногу. Но еще никогда я не был с девочкой так близок. Она странно пахла, по́том, но более нежно, не как мальчишки, а еще поверх пота – чем-то сливочным и цветочным одновременно, будто розу опустили в сгущенку.

А потом она меня поцеловала. Подалась вперед резко, как будто хочет стукнуть, и прижалась губами к моим губам.

И в тот момент я пожалел, что, когда она плакала на кушетке перед первой процедурой, я ее не утешил.

Я крепко обнял Валю, и мы стояли вот так. Ее губы были очень горячими.

Потом она сказала:

– Мне надо подышать.

Я сказал:

– Тебе не понравилось?

Она отправилась на площадку, а я последовал за ней. Мы протиснулись в приоткрытое окно, оказались в ночной прохладе. Валя подошла к перилам и остановилась, я встал рядом с ней. И вдруг мне показалось, что мы взрослые.

Вернее, что мы могли бы быть взрослыми. Она развернулась, локтями оперлась о перила, задрала голову и сказала:

– Не думай, ничего серьезного.

– Мне было с тобой очень хорошо, – сказал я.

– Не привыкай.

Я сказал:

– Но я думаю, я тебе не подхожу. Ты такая хорошая, сильная и волевая девочка. А я…

Тут я осекся, не зная, как продолжить.

– Наверное, я сумасшедший.

И тогда Валя сказала замечательную вещь.

Она сказала:

– Тебя с детства готовили к тому, что тебе причинят очень много боли, а потом ты умрешь. Конечно, ты сошел с ума. И я сошла с ума. Мы все сошли с ума, только по-разному.

Она снова развернулась к перилам, посмотрела на небо, потом плюнула вниз.

– Мы все здесь безумны, – сказала Валя. – Как в «Алисе в стране чудес».

И мне стало так хорошо и приятно, так тепло. Я попытался взять ее за руку, но Валя ударила меня по руке.

– Не зазнавайся, сказала же.

Музыка еще играла, и я увидел Фиру и Борю. Они танцевали на улице, в отголосках музыки, и совсем не так, как мы. Боря прижимал к себе Фиру за талию, крутил ее по-всякому, а она смеялась.