Онлайн книга «Щенки»
|
– А давай как в кино, шурави. Ты мне говоришь: я хорошо к тебе отношусь, но за брата я убью кого угодно. А я тебе отвечаю: ну тогда здесь наши пути расходятся, нам придется стать врагами! Темную дорогу осветил свет фар, мимо нас проехала машина, и я прижал Тоню к себе покрепче. Я сказал: – Ну давай помахаемся, давай. Нет, серьезно, скажи мне. Ты будешь его убивать? Она задумалась, потом посмотрела куда-то вбок, словно советовалась с кем-то. Наконец, она сказала: – Тут и без меня все решено. Даже не знаю, что я могу сделать лучше. – Чего? Что ты имеешь в виду? – Я послала Хитрого, смелого и самого сильного на него посмотреть, заглянуть внутрь, в его мысли. – И что там? – Не скажу. Мучайся. – Мне нужно с ним поговорить! – Ты поговоришь. Дальше она помрачнела, на вопросы больше не отвечала. И, в какой-то момент, я развернул ее к себе и спросил: – Так ты будешь что-то делать или нет? Ответь мне! И тут меня обожгло прямо как от огня. – Не трогай, шурави. Не буду – пока. Я хочу, чтоб он сам. – Ты пообещала. – Я не обещала. Но сказала, как думаю сейчас. Мы квиты с тобой, не забыл? Добрели до Воскресенска, мокрые, холодные, уставшие. Но все это не имело никакого значения, потому что эта ночь, наконец, принесла какое-то облегчение. Сложно сказать, в чем оно состояло. Я словно бы по-настоящему простил мать, мать успокоила свое злое сердце, а Аринав каком-то смысле была спасена, хоть и в каком-то смысле погибла. В электричке мы уже не разговаривали. Тоня спала у меня на плече, а Арина смотрела в окно, словно пыталась запомнить эту дорогу, каждую детальку, каждый огонек, каждый столб, что мы проезжали. Разошлись на Комсомольской. Я дал Арине денег, она взяла. – Едешь домой? – Нет, – сказала Арина. – К очень давней подруге. К такой, чтоб он о ней не вспомнил. А дальше – дело пары дней, максимум – неделя, и я смогу вернуться домой. Я поскрежетал зубами. – Ты должна мне сказать. Он убьет себя, да? Она засмеялась, и смеялась она долго. – Он что, дурак что ли? Ну а дальше дороги нас развели – нам до «Таганской», а ей куда-то на серую, через «Новослободскую» – адрес она не сказала. Даже и не попрощалась, нырнула в толпу, и словно бы исчезла. Я сказал: – Какая ж сука, но смелая. Надо искать Антона. – Ты должен поспать, Виктор. Ты устал. А потом ты будешь искать Антона. Мы поехали домой. Из дома я позвонил Юрке, разбудил его, рассказал всю эту белиберду. Юрка, походу, сначала подумал, что это мне приснилось. Я сказал: – Будь другом, поищи пока Антоху. Я очень устал, хочу спать. – Буду искать. Ты не забыл про семнадцатое число? Но я забыл про семнадцатое число. Я сказал: – Только шестнадцатое число началось, дай поспать мне. И только я трубку повесил, как спать расхотелось. Вдруг на меня накатило дикое желание приготовить макароны по-флотски по дедушкиному рецепту. Я сказал Тоне: – Иди отдыхай, я приготовлю вкусное, а? Не столько есть хотелось, сколько приготовить. Сходил помыться, привел себя в порядок, вернулся и принялся за готовку. Тоня зевала, но продолжала сидеть на кухне, пока я искал тушенку, варил макароны, возил сливочным маслом по сковороде. Получилось не легендарно, но хорошо. Сидим, в общем, с Тоней, жуем. И тут она мне говорит: – Она рассказывала мне, как стала ведьмой. – И как? – Она пряталась от отца на кладбище. Ее нашла какая-то бабушка, незнакомая, когда Катерина собирала с могил конфеты и хлеб и ела. Бабушка спросила ее, хочет ли она убить своего отца. Катерина ответила, что хочет. Тогда бабушка очень сильно ударила ее кулаком в живот, так что ее вырвало, и ушла. А Катерина вернулась домой, и ночью к ней явился черт. Та бабушка передала ей силу. Вернее, возможность забрать эту силу. |