Книга Паранойя. Бонус, страница 6 – Полина Раевская

— Потерпи, — выдыхает Долгов, жадно пожирая маниакальным взглядом мой кайф и ускоряя движения. Он грубо потирает клитор, а я чувствую,что еще чуть-чуть и просто, блин, разревусь, как дура от этого чувственного садизма. С каждым проникновением, меня словно кипятком ошпаривает удовольствие, нарастающее, как лавина в вулкане.

— Не хочу я ничего терпеть, — не в силах больше это выносить, все же делаю попытку оседлать его и получить свое, но меня тут же останавливает железная хватка на шее.

— Нетерпеливый, вредный мартыхан, — смеется Долгов и, поцеловав, чувственно шепчет. — А что хочешь? Член?

“Нет, милый, поцелуй в лобик!” — хочу съязвить, но Сережа, будто читая мои мысли, насмешливо обещает:

— Не волнуйся, Настюш, получишь. Давай, иди сюда, ты не закончила.

Он ласково, но настойчиво направляет меня вниз, заставляя наклониться и встать на четвереньки, а до меня, наконец, доходит, в каком смысле получу, глядя на блестящее от моей слюны “незаконченное дело”.

Вскоре мои щеки начинает сводить судорогой, а Сереженьке хоть бы хны. Он смотрит в отражение на мою откляченную задницу и на то, как его пальцы, будто издеваясь, скользят по моей блестящей от обильной смазки, изнывающей промежности. Он кайфует, трахая мой рот, а я начинаю беситься, понимая, к чему эта сволочь клонит, не позволяя мне поднять голову.

А может, обломать его? Какого вообще черта я тут корячусь, как какая-то безвольная рабыня перед властелином? — наконец, нисходит на меня благословенная мысль, да только поздно.

Долгов резко отстраняет меня за волосы и, сжав их до боли, со стоном кончает. От неожиданности просто охреневаю, пока прохладные капли орошают лицо и грудь. У меня между ног просто огнем горит и адски пульсирует, а Сереженька, как ни в чем не бывало, расслабленно откидывается на сидении и прикрыв глаза, довольно потягивается.

Охренеть! Нет, я конечно, знала, что мой муж — та еще сволочь, но такой облом — натуральное свинство.

Кажется, с меня решили спросить по-полной за еще даже не начавшийся отказ от курения. Что будет, когда он начнется, страшно представить. Похоже, я и в самом деле “не на того лоха напала”.

— Ты издеваешься?! — взбешенно подскочив, обжигаю Долгова возмущенным взглядом.

— Вообще-то забочусь о тебе. Еще отравишься моим “некачественным, мутированным семенем”, — открыв глаза, насмешливо цитирует он врача и натягивает трусы, а меня вновь озаряет.

Батюшки мои!Его ведь и в самом деле эти разговоры про возраст задели. Божечки, он что, получается, боится стареть? Вот умора! Срочно вызывайте Ватикан, у нас тут чудо Господне — Долгов и комплексы!

И вот что на это можно ответить? Как бы ненароком не рассмеяться, а то ведь вообще озвереет.

— Ты — свин, Сережа, — чтобы хоть как-то скрыть улыбку продолжаю возмущаться и наклоняюсь за брюками. Раздражение и неудовлетворенность, как рукой снимает.

— Так-то это не у меня все лицо в сперме.

— Фу, как пошло!

— Пошло — мое второе имя, Настюш.

— Твое второе имя — обломщик. Кстати, ты в курсе, что неудовлетворенная женщина очень опасна? — приведя себя в порядок, сажусь напротив.

— Это типа угроза?

— Это типа факт.

— М-м-м, — тянет Долгов преувеличенно серьезно и, пару секунд помолчав, насмешливо заключает. — Ну, значит, взбодримся, а то я вижу, тебе скучно.