Книга Венни. В клетке со Зверем, страница 47 – Бетти Алая

После её смерти Жанна просто наняла садовника. Он справляется, но больше в цветах нет той любви, что им дарила моя мама.

— Ты занят? — спрашиваю Марка.

— Хочешь организовать переезд прямо сейчас?

— Да. Мне ненавистна сама мысль, что кто-то наблюдает. Не могу спать. Как тут расслабишься?

— Комнату уже выбрала?

— Сейчас гляну. Ты пока здесь будешь?

— Да. Но мне нужно встретиться с Егором. Его уволили…

— Что?

— Да. Твой отец. Но уверен, не обошлось без Жанны. Поскольку наш жучок благополучно изъяли, блядь, — ругается Марк.

— Я поговорю с отцом! — говорю жестко, — он не имеет права так поступать! Даже под давлением своей шлюхи. Егор работает на нас, сколько его помню! Он очень ответственный! Блин! Скорее бы найти доказательства. Когда они с отцом уедут, я комнату всю перерою!

Хожу по собственному дому, как по музею. Вспоминаю, как мы частенько с Кариной, моей лучшей подругой из Авроры, зависали в ее небольшой, но уютной квартирке.

Та, нормальная, пусть и бедная, жизнь была мне ближе. Но без Марка всё равно не то. Вздыхаю.

Выбираю первую попавшуюся свободную спальню. До самого вечера мы занимаемся перестановкой. Марк проверяет каждый уголок, чтобы там не было никаких жучков.

— Чисто, — говорит и смахивает со лба капельки пота, — значит, им нужна ты и твой отец. В приватной обстановке. Интересно, зачем.

— Потому что мы расслаблены, — в последний раз прохожусь тряпкой по шкафу, — ну вот, готово!

— Тогда я поехал, — Марк направляется к двери.

Хватаю его за локоть, взмахиваю ресницами.

— Останься и этой ночью, милый…

Уже готовлюсь выслушать море возмущений, что мы дома и вообще нельзя. Но Марк резко дёргает меня на себя. Впивается поцелуем. Руками жадно бродит по моему телу.

Задыхаюсь.

Он рвет мои губы, словно не целовал никогда.

— Я так испугался, принцесса, — шепчет, уткнувшись лбом в мой лоб, обхватив моё лицо, — боялся, что потеряю тебя…

Дыхание горячее, одно на двоих. Едва касаемся друг друга губами. Словно боимся рассыпаться в пыль.

Но этот ступор длится лишь долю секунды. Бросаемся друг на друга, сталкиваемся зубами. Страсть затмевает всё. Тянусь к замку двери, щелкаю. Марк выключает свет.

Плевать на всех. Весь мир на паузе. К черту! Я хочу этого мужика!

Горячие поцелуи отдаются в теле, превращая меня в живой вулкан. Который вот-вот извергнется. Избавляемся от одежды, падаем на кровать.

— Крис… принцесса моя… — бормочет мужчина, покрывая моё тело поцелуями.

Лицо, плечи. Опускается ниже. Лижет один сосок, затем другой. Прикусывает, играет. Выгибаюсь, глажу лысую голову своегоЗверя.

Он не врёт, не лжёт. Всегда со мной! Мой! Единственный!

— Аааах! — его страх потерять выливается с нетерпеливыми, жадными касаниями, — да! Еще! Я так тебя люблю… так люблюююю!

— Песня для моих ушей, — рычит, опускается к животу, ласкает пупок.

Лежу на постели с раскинутыми ногами. Выплескиваю то, что накопилось внутри: панику, страх, боль. Впитываю остроту эмоций, которую дарит дикая любовь моего мужчины.

Обхватывает мои бёдра, вгрызается в складки. Рычит. Стонет. Пьет меня. Иссушает.

— Мааарк! ААААХ! — стону, извиваюсь.

Принадлежу ему. Губы Зверя сейчас дирижируют моим удовольствием. Немного надавливает на клитор, и я готова кончить. Отступает, облизывает мокрые губки, языком входит в тугое лоно — и оргазм отступает, оставляя горький, но терпкий шлейф удовольствия, не нашедшего выхода.