Книга Поцелуй под снегом, страница 15 – Ники Сью

– Ну… это неплохой слив. Бродячим животным от него отличная выгода.

– Ну если только им. – Маша повела плечом, и мне показалось, что она то ли расстроилась, то ли озадачилась чем-то. – Ладно, мне в другую сторону.

Мы скупо попрощались, и я отправилась домой. Но из любопытства все-таки оглянулась и заметила, как Румянову догнал Ник. Выходит… они знакомы? Нет, не так. Они общаются? В школе я никогда не видела их вместе. Мне казалось, что Маша, как и я, живет на другой планете, в отличие от парней из «King». Но, видимо, я заблуждалась.

Свое обещание Илья не выполнил: он не позвонил мне. И шарф на следующий день тоже не вернул. И вообще на переменах тусовался с девчонками из параллели, не замечая меня. Да и плевать.

В четверг нам сообщили, что в пятницу будет какой-то санитарный день – уроки отменяются. Вместо них мы должны пойти в парк на ледовый каток. С одной стороны, это круто, не придется зависать на нелюбимой алгебре и геометрии, с другой – я ненавидела лед и коньки. У меня с ними дружба не сложилась с детства. Сколько бы раз я ни пыталась освоить навык катания, вечно падала или, чего хуже, получала вывихи. Так что радости по этому поводу я не испытывала совершенно.

Утром в пятницу я даже притворилась больной, хотя это совсем не в моих правилах. Ненавижу врать родителям, особенно маме.

– Не переживай, – подбодрила она меня. – Уверена, на свежем воздухе тебе полегчает.

Так что мне все-таки пришлось подняться, нацепить розовый свитер с джинсами и отправиться на каток.

Изначально от школы до парка мы должны были идти вместе всем классом. Но в последний момент классная написала в общем чате, что планы изменились и ей нужно успеть купить нам общий абонемент со скидкой, поэтому до места назначения каждый добирался самостоятельно.

К моменту, как я пришла к ледовой арене, наши были почти в полном составе. Громкая ритмичная музыка разлеталась по всей округе, а очередь к прокату коньков уменьшалась довольно быстро. И это меня чертовски нервировало. Воображение так и рисовало картинки, как я звездочкой распласталась где-нибудь возле бортика, не в силах подняться, а кто-то вроде Карины или ее подруг обязательно снял на камеру мое фиаско.

– Ольга Дмитриевна, – я подошла к классной, которая стояла в самом конце очереди. – Простите, а можно я не пойду?

– Чего вдруг? Иди давай. – И она даже в спину меня подтолкнула, мол, вперед.

– Но я не… – Я хотела сказать, что полный профан в этом, но в этот момент у Ольги Дмитриевны зазвонил мобильный и она приложила его к уху.

Блин…

Войдя в комнату проката, я потерла влажные ладони о джинсы. Господи, мне почти восемнадцать, надо мной смеется вся школа из-за нелепых слухов, а теперь еще и дурацкий лед. В прошлой жизни я уничтожила планету, и это месть?

– Какой размер? – спросил работник катка.

– Тридцать семь.

Пусть просто не будет моего размера. Такое ведь бывает? Скажу классной, что размера нет, обувь разобрали, и не пойду на лед. Но парень в синей кепке был настоящим злодеем и вынес мне корзину с коньками. Пришлось взять и переобуться.

На трясущихся ногах я добралась до выхода на арену и замерла. В динамиках заиграла песня «Фонарики» Антона Небо, и незнакомая парочка закружилась в центре катка. Ребята двигались, как настоящие фигуристы.