Книга Мой прекрасный враг, страница 98 – Ники Сью

Первая пара прошла относительно тихо, но тут, скорее, заслуга лектора по истории. Мужчина он был строгих нравов, плюс возрастной, старой закалки. Перед ним старались ходить на цыпочках, лишний раз не высовываться, иначе можно было попасть в черный список вечных должников. Везунчики же наоборот – могли претендовать на «автомат». Я планировала попасть во второй список, поэтому прикладывала максимум усилий, заучивая даты, повторяя пройденный материал перед каждой новой лекцией.

А вот на второй паре уже было не так строго. Преподаватель по математике часто отвлекался, не мог держать дисциплину, и кое-кто нагло пользовался этим, откидывая на всю аудиторию дурацкие шуточки. Нет, прямо моего имени не называли, однако и без того было понятно, кому они адресованы.

– Вот же придурки, – шепнула Оля, оборачиваясь и показывая средний пальцев Гере, который уже второй день считал себя явно главным стендапером. В ответ тот неприлично надул щеку, утыкаясь в нее языком.

– Не обращай внимания, – сказала я, прожигая взглядом одногруппника. Вова Крюков и Арсен Бежуев еще и на видео это сняли, очередная порция идиотских видео разлетится по чатам. Да уж, не жизнь, а радуга.

– А давайте о нем тоже гадости напишем? – предложила Тоня, косясь на заднюю парту, где сидели парни. Девчонки старались на лекциях не особо нарушать дисциплину, но я видела, как некоторые злорадно хихикают. Жалкое зрелище.

– Или обольем соком, как Лию? – поддержала Оля.

– Да пошли они все, – вздохнув, произнесла я. Эти войны – детские игрушки, которые меня не интересовали. Ну не будут же ребята вечно заниматься этими шуточками? Пройдет день или два, утешала себя я, все забудут то видео. Да, вряд ли мы снова станем хорошими товарищами, но и пакостить друг другу не будем.

Однако, когда пара закончилась, и я вышла вместе с девочками в коридор, мой боевой настрой скатился к плинтусу. На первом этаже, возле лифтов стоял Максим с Денисом и еще каким-то парнем. Они переговаривались о чем-то, Дэн улыбался, размахивая эмоционально руками.

Сердце пропустило удар, когдаего пронзила стрела нынешней реальности.

– Это же… – послышался голос Тони. Девочки остановились за моей спиной и тоже смотрели в сторону Ледовского.

Я как угодно представляла себе нашу встречу, искала Максу тысячу оправданий, а он выходит… не нуждался в них? Жив, слава богу, здоров, стоит себе, общается с друзьями. И как хорошо, что он меня не увидел, потому что в эту минуту я показалась себе разбитой фарфоровой куклой.

Мои губы дрогнули, к горлу подкатил ком, что рвался вместе со слезами обиды наружу.

– Трус… – прошептала Оля.

Я развернулась и помчалась в сторону туалета, молясь Всевышнему, чтобы Ледовский не заметил меня. Позже обязательно к нему подойду и спрошу в лицо, но не сейчас… Сейчас просто не смогу. Расплачусь. Опозорюсь. Ну уж нет! Никогда! Ни за что!

Максим

Я припарковался у главного входа в универ и двинулся к кабинету студсовета, где однозначно с утра должна была зависать сестра. Нам предстоял непростой разговор, и даже несмотря на то, что у меня не было прямых доказательств, указывающих на Оксану, никто кроме нее вытащить запись с камер не мог.

Пройдя через турникет, я засунул пропуск в карман парки и повернул направо, в сторону стеклянного кабинета, обвешанного плакатами с разными лозунгами. Никогда не понимал фанатизма в активной жизни студенчества. Порой казалось, люди там больше веселятся, чем занимаются полезными делами.