Книга В самое сердце, страница 80 – Ники Сью

— Вернулась? — улыбнулась бабушка.

— Вы куда?

— Мы сходим к Вале, там надо с котлетами решить вопрос. А Вовка нам поможет. Ну, часика два или три. Хорошо? Ярослав, — Антонина Викторовна повернулась к Ветрову. Он моментально перевел на нее взгляд. — Надеюсь, когда я вернусь, ты еще будешь здесь, и мы как следует, познакомимся. Хорошо?

— Конечно, я… мы будем Вас ждать.

— Ну и славненько! Вовка, пошли!

— Иду! — донеслось с кухни. Минут пять в коридоре стояла суета. Пока пакет взяли, пока верхнюю одежду натянули, пока по очереди покинули квартиру. Настя понимала, что бабушка дает им шанс поговорить. И это тот случай, когда родители чувствуют своих детей, внуков. Когда пытаются помочь им все исправить.

Стоило только входной двери захлопнуться, как тяжелое молчание упало на плечи Настены. Она сняла куртку, но продолжала стоять в проходе. В голове так и вертелись слова Коли. Не может она понравится Ярику, не такая она, не для него. И от этих дурных мыслей слезы лезли к глазам.

— Поговорили? — Ветров нарушил тишину первым. Голос его был мрачным, холодным и каким-то чужим.

— Не злись, пожалуйста, — тихо произнесла Настя.

— Угу, — отозвался сухо Ярослав. И вновь повисла пауза. Молчание убивает сильней любого оружия, особенно от близкого человека. Вроде и сказать хочется так много, а вроде и с чего начать неясно.

На самом деле, Настена очень переживала. Ее начали терзать сомнения, и сейчас больше всего на свете бы услышать теплые слова от мужчины, который был ее светом. Но для этого нужно и самой что-то дать взамен. Настя и дала бы, но как не знала.

— Пойдем в комнату, а то здесь по ногам дует, — соврала она. Не стала дожидаться ответа, просто взяла Ярослава за руку и повела за собой. Он не сопротивлялся.

В спальне горел светильник, от чего было довольно тускло. Но лучше уж так, чем яркий свет. Приглушенная атмосфера отлично подходит для подавленного настроения.

Настяподошла к кровати и медленно опустилась. Ярик тоже сел рядом, однако не спешил говорить. Их пальцы больше не переплетались. Каждый словно задумался о чем-то своем. Погрузился в собственные тяжелые мысли.

— Я… — сказали они одновременно. Потом повернулись друг к другу и замолчали.

— Ты первый.

— Ты плакала?

Настя сглотнула. Она так старательно вытирала щеки, но глаза выдали ее. Как только Ярослав умудряется замечать такие мелочи.

— Немного, — честно призналась. Скрывать не было смысла. Да и вранье порождает вранье.

— Думаешь, что… — Ветров вдруг притих. Казалось, слова даются ему тяжело. Он опустил голову, сжал руки в замок перед собой.

— Что?

— Что зря выбрала меня?

— Что? — Настя подумала, вдруг ослышалась. Ведь плакала она из-за обидных слов в свой адрес, из-за того, что возможно Коля может быть прав. Слезы говорили о страхе. Страхе потерять Ярослава. А как потом быть? Как без него, когда он и солнце, и ночь, и небо, и земля. Целый мир в одном человеке.

— Я… я просто не понимаю, если честно. Что между тобой и этим твоим… другом. Между вами что-то есть?

— Нет! — воскликнула категорично Настена. — Мы всегда были друзьями. Только друзьями. Весь мой опыт связан только с т… — на этой фразе она осеклась. Стыдно, и одновременно смущает признаваться в подобных фактах. Да и кому? Уверенному парню, у которого девчонок был вагон и целая тележка.