Книга Лед в твоем сердце, страница 50 – Ники Сью

– Мария! – шипит отец.

– Ты мне не веришь, – всхлипываю. – А я ведь ничего не делала. Пап, почему ты не спросил у меня? Почему не спросил, из-за чего я отказалась работать в группе? Тебя что волнует: мои оценки или мое состояние?

Молчит. Смотрит строго, но молчит. А у меня просто спусковой крючок сработал. Не могу больше держать в себе весь тот ад, который творится внутри. Будто я одна. Совсем одна. Никому не нужна. Паршивое ощущение.

– Почему? – срываюсь на крик и выдергиваю руку.

– Мария, – тихо произносит мое имя родитель.

– Почему ты не спросил? – всхлипы срываются с уст, а слезы градом льются по щекам. Делаю шаг вниз, все еще стоя лицом к отцу. А он как камень, без единой эмоции.

– Мар…

– Маша, – ощущаю, как чья-то мужская ладонь неожиданно обхватывает кисть моей руки. Поворачиваю голову и замираю,не в силах произнести и слова больше.

Тем вечером я позвонил Геве и наказал прекратить травлю. Это не могло больше продолжаться. Никакого результата, в конце концов, мы не получили. Разве что надломленную психику Уваровой. Хотя она стойкая. Никогда не видел девчонок, подобных ей.

Однако нам нужно перестать пересекаться. Я не герой в черном плаще, а уж тем более не герой для Маши. Пусть живет дальше, пусть спокойно оканчивает школу. В конце концов, есть и другие рычаги воздействия. Нужно только внимательно поискать.

На следующий день на занятия я опоздал. Тупо проспал. И это было моей ошибкой. Потому что там намечался замес, где мне предстояло стать главным козлом отпущения.

А началось все с Акима, мальчишки из параллельного. Не знаю уж кто его довел, но притащился этот дрыщ со своими друганами к нам в кабинет выяснять отношения. И не с кем-то, а с Чайкой. Когда я вошел в класс, они уже вовсю орали друг на друга трехэтажным, а молодая учительница прыгала над ними, словно мама-наседка.

Пацаны, конечно, ее слушать не стали. У Акима отец судья, а у Феди начальник чего-то в сфере экологии. Короче, шишки. И дети у таких шишек обычно тормозов не имеют, если уж на них начинают наезжать. Вот и сейчас все происходило по обыденному сценарию.

В какой-то момент перепалка словами переросла в махач, и молодая учительница с воплями выбежала в коридор. Я в стороне отсиживаться не стал, потому что Чайке прилетело под дых, и он рухнул, снося своим телом парту. Девочки разбежались, а парни кинулись помогать Феде подняться. Я же встал перед ним спиной и схватил за грудки Акима. Какого черта он творит на моей территории? В глазах стояла ярость и желание отметелить придурка. Однако на пороге возникла охрана, а за ними и директор.

Ну и кому в итоге не повезло? Анатолий Викторович особо выслушивать мои, как он выразился, отговорки не стал. Тупо позвонил старику.

Честно сказать, я думал, отец просто проигнорирует жалобу. Ну на крайний случай лишит меня карманных денег, байка и тачки. Иногда он так делал. Все к этому привыкли. Но нет, не сегодня.

После похода к директору мы все же с пацанами за школой выяснили отношения. А Аким любезно извинился. Не понравилось ему стоять на коленях и харкать кровью передо мной. В отличие от друзей, я был с пулей в голове и особо болине чувствовал в драках. Мог бы, наверное, стать выдающимся боксером или головорезом в уличных боях без правил. Но не сложилось. Опять же благодаря старику с его нравом.