Книга Лед в твоем сердце, страница 140 – Ники Сью

– Да, с Чайкой и еще кое-кем.

– Не может быть, – прошептала я.

– Может, Маша, может. Тим довольно необычный человек. У него нет тормозов в достижении целей.

– И… как… чем кончилось дело? Это Тимур подговорил всех с тобой не разговаривать? – показалось, воздуха не хватает.

– Тим мне сам похвастался, что они закрыли там англичанку. Я выпустил ее. Извинился за пацанов. Но она была на эмоциях, поэтому тут же побежала к директору. Все рассказала, кое-что приукрасила. Про сиги тоже сказала. Родителей вызвали. Тиму досталось от отца. Очень сильно досталось.

– А как вы… ну, бойкот и… – язык у меня заплетался. Тимур, конечно, далеко не самый правильный парень. Но чтобы вот так. Нет, он, конечно, тогда был еще подростком. Однако разве возраст оправдывает поступки?

– На следующий день Тим в школу не явился. А ребята узнали, что это из-за меня их наказали. Они решили отомстить. Объявили бойкот. Правда, через два дня Авдеев пришел на занятия. Сел со мной и сказал, – Арс усмехнулся. В эту минуту в глазах его не было обиды или злобы. Только тепло, – что у меня слишком много храбрости. Он не обиделся, скорее, точил зуб на отца. Но то вечная песня. Народ не понял, почему Тим не поддержал их идею с бойкотом. А ему было плевать. Ему всегда плевать на мнения окружающих. Наверное, поэтому люди тянутся к Авдееву магнитом.

– И вы… вы даже не поссорились?

– Он мой лучший друг, Маш. И плюсов у Тимура прилично. О каких-то он и сам не догадывается. Я тебе эту историю рассказал не для того, чтобы ты думала о его детстве. Все мы иногда косячили. Просто знай, Тим не самый простой человек. Но если ты примешь всех его тараканов и… – Арс снова осекся. И опять этот взгляд, в котором читались терзания.

– И?..

– Ты ему очень дорога. Чтобы ни случилось, просто помни об этом. Никто в этом доме, ни одна девчонка и рядом с тобой не стоит. Уж я-то знаю его. Ты особенная. Хотя я его понимаю.

– Что? – мне показалось, ослышалась.

– Погоди, листик упал, – Арс сделал шаг вперед, сокращая между нами расстояние. Чуть наклонился, и мы вдруг оказались безумно близко. Его глаза, его нос, губы и дыхание – все это меня обескуражило. Я даже растерялась на мгновение. Смутилась. Не знала, как реагировать. Подождать, пока он уберет листок из волос, или оттолкнуть.

– Я не понял! – послышался знакомый голос. – Какого черта вы тут делаете?

Мясо жарилось быстро, а народ активно гудел. Алиска не переставала напоминать случаи из прошлого. И если изначально я как-то с ностальгией даже вспомнил обо всем, то позже начало раздражать. Поговорить, что ли, не о чем больше? А потом подошла Маша. Я поглядывал на нее время от времени. Такая скромная и робкая, ну вот полная противоположность нашим девчонкам.

Мне хотелось пойти к ней, сесть рядом, поцеловать, обнять и еще сделать много чего. Но надо ж мясо жарить, да и парням обещал помочь. А тут она подошла сама. И вроде тоже ностальгировать начала. Наши общие воспоминания. Та ночь на крыше, до сих пор думаю, насколько безумный был поступок. Хотя, может, если бы не он, то и не было бы нас сейчас. Правда, не успел я погрузиться в воспоминания, как Алиска опять вмешалась, и тема резко перетекла в другое русло.

Маша еще постояла рядышком, затем вернулась к креслу. Я видел, как она ушла, как сказала что-то Ленке. Перевернул мясо, вставил реплику-другую в разговоре с парнями, потом двинул сам к Лене. Спросил, куда делась моя ненормальная. Та показала на туалет. И я честно подождал минут десять. Что мне, по пятам за ней бегать?