Книга Только с тобой, страница 67 – Ники Сью

— Да тут у нас полная боевая артиллерия, — вырастает из-за спины папа, усмехаясь. А мы что? Мы с мамой стоим и молча хлопаем ресницами, пытаясь внять реальности. Однако обе довольные, и тут, конечно, Кирилл попал в самое яблочко. Однозначно поразил мамино сердце. Цветы она любит. Особенно красные. Особенно розы.

Соболев разувается, проходит на кухню, к счастью, отец берет инициативу принятия гостя на себя. Они о чем-то беседует, пока мы ищем вазы и место под свои подарки. Лилька тоже охает, говорит, что столько ромашек в одном месте никогда не видела.

— Ну, долго вы там? — кричит папа с кухни. Весь вечер мама мариновала его голодом, сообщив, что ужинать будем только все вместе.

— Идем, — отзывается родительница. Мы заканчиваем с цветами и втроем возвращаемся в царство еды и запахов.

Рассаживаемся за небольшим квадратным столом. Я оглядываю блюда и думаю, что мы слишком разошлись: тут тебе и три вида салата, и запеченная курочка, разного рода закуски, рецепты которых мама нашла в интернете. Моя шарлотка на фоне этого убранства смотрится скромно, конечно, но не менее аппетитно. Возле каждой тарелочки папа уже успел поставить бокалы под алкоголь и под компот. Что ж, посиделки, и правда, напоминают больше торжественную встречу, нежели обычный ужин.

Мама оглядывает всех, атмосфера немного напряженная. Вроде, как и на запахи отзывается желудок, а вроде, как и неудобно немного быть первым, кто потянется к ложке салата. Тогда родительница берете инициативу в свою руки: подхватывает тарелку Кирилла и начинает накладывать ему вкусности. Папа хмыкает, смотря на все это, и как-то по-доброму усмехается.

— Угощайся, — улыбается родительница, мило хлопая ресницами.

— Спасибо.

— Где вы познакомились с Ариной? — интересуется крайне вежливо мама, накладывая и себе салат.

— Познакомились? — немного теряется Соболев. Я тоже теряюсь. Потому что это тот вопрос, который я старалась обходить стороной. Хорошо помню, как Кирилла не любили родители в школе. Слухи о нем доходили до всех, включая наш дом.

— Да, — кивает мама.

— Мы учились в одном классе, — опережает Соболев меня. Откладываю вилку, потому чтоаппетит сходит на нет. Перевожу взгляд на родительницу, и жду чего-то ужасного. Может, подскачет со стула, и кричать начнет. Она не любила Кирилла. Никогда.

— Да? Так погоди, но я Соболевых не знаю, — задумчиво тянет мама, всматриваясь в какую-то точку на стенке.

— Родители не ходили на собрания, если вы об этом, — все также спокойно и уверенно отбивается от атак мой парень.

— Вот как?

— Мам! — пытаюсь остановить сумасшедший поезд с расспросами.

— Мама бросила меня еще при рождении, а отец умер, когда я в седьмой класс перешел. Из родственников у меня только старший брат.

— Я… мне очень жаль. — Извиняется родительница как-то виновато, явно не ожидавшая услышать такую откровенность. А мне вдруг хочется поддержать Кирилла, поэтому я просто нахожу под столом его руку и сплетаю наши пальцы.

— Все в порядке. На самом деле, ваша дочь на протяжении многих лет всегда была на моей стороне. Может и не осознанно, но больше, чем она, никто и никогда обо мне не заботился. Наверное, поэтому я и по… — замолкает неожиданно Соболев, переводит на меня взгляд и будто бы спрашивает, сказать сейчас или потом. Но видимо решает отложить на потом. — Спасибо вам за нее.