Книга Дьявол всегда рядом со мной, страница 75 – Ники Сью

Сегодня Кирилл был в черных джинсовых шортах чуть ниже колена, а поверх белая майка поло. В руках он держал шлем, видимо необходимый для поездки на том самом крутом велосипеде. И как-то так получилось, что кинул парень его на стол, сам же громко сел, и все это настолько поразило мой картонный стаканчик, что он не выдержал и опрокинулся. Горячее содержимое побежало струями по парте, медленно стекая на пол.

— Ты что танк, что ли?! — Закричала я с обидой в голосе, когда подбежала на свое место.

— О! Кто подал голос, — игривым тоном пропел Соболев, и в эту минуту уголок его губ потянулся вверх.

— Это был мой завтрак вообще-то! — Недовольно бурчала я, но уже не кричала, смысла все равно не было.

— Дома нужно завтракать, Ромашка, — он взял стаканчик со столаи окинул меня внимательным взглядом. От его голоса, от этого цветочного прозвища, в голове все поплыло, как от солнечного удара. Мне показалось, что я и дышать перестала на мгновенье.

Мы смотрели друг на друга так, словно не виделись много лет, словно он вернулся из дальнего плавания, а я все эти года ждала его на суше. Мы смотрели, каким-то тоскующим взглядом, сдерживаясь в порыве подойти ближе, протянуть руки и обняться. Возможно, это был всего лишь плод моего воображения, а может лишь дикое желание принимать мечту за реальность.

— Утречко! — Закричал Лысенко, вваливаясь в кабинет вместе с несколькими парнями. Мне не хотелось прерывать наш, столь длительный контакт, но позволить себе стать темой для разговоров я не планировала. Поэтому первая ответа взгляд, однако, не смогла сдержать улыбку. Она скользнула на лицо, и Кирилл это заметил.

--

Примечания:

Дэхашник — так называют ребят, кто ездит на велосипеде в стиле даунхилла (англ. downhill). В соревнованиях это прохождение экстремальной трассы на время. В обычной жизни покатушки по ступенькам, по горным непроходимым местностям, где есть кочки и всякого рода препятствия. Даунхильные велики дорогие, потому что на них стоит хорошее подвесное оборудование, иначе велик может просто рассыпаться от нагрузки.

24.1

После звонка мы дружно расселись по местам, и я обнаружила, что у Соболева нет учебника по химии. Осторожно подвинула его на середину, прикрывая лицо ладошкой.

— Какие мы щедрые, — не смог умолчать мой сосед по парте.

— Будешь паясничать, заберу, — как-то уж слишком тепло отозвалась я.

— Это угроза? — Шепнул Соболев. Он нагло смотрел на меня, заставляя щеки полыхать алым пламенем. Давно я этого чувства не испытывала. Рядом с Мишей ничего подобного не происходило: не когда он откидывал комплименты, не когда держал за руку. Только Кирилл был способен встряхнуть мой организм.

— Угроза — это ремень, а я так, к слову, — тихо выдохнула, стараясь подавить эмоции, которые просто норовили вылезти наружу.

— То есть ты со мной не разговариваешь четыре… ну с копейками месяца, а я должен получить ремнем по заднице? — Усмехнулся Кирилл. Я вспыхнула то ли от злости, то ли от нахлынувшего смущения, резко повернулась к нему, и мы едва не столкнулись головами, до того близко он находился. Мальчишка вырос, рядом со мной уже сидел молодой юноша, а глаза его, которые мне напоминали летнее море, до сих пор манили и согревали.

— Стрельцова! — Разлетелось по залу и весь класс, как по команде, повернулся в нашу сторону. Мы редко получали замечания, а в дни войны, в принципе сидели тише воды, ниже травы. Наверное, поэтому нас до сих пор не рассадили.