Книга Дьявол всегда рядом со мной, страница 58 – Ники Сью

— Кирилл! — Подскакиваю с дивана, подхожу к мальчишке и встаю напротив. Обдумываю всего пару секунд безумный порыв: действия, которые возможно будут выглядеть ненормально с мой стороны. Затем наклоняюсь и обхватываю его лицо ладонями.

— Что… — округляются глаза парня, наполняясь удивлением.

— Совсем не зря! — Смотрю в его морские океаны, а там холодные волны разбиваются о скалы, такие же ледяные, как и сам Соболев. Не знаю, что это за странное желание, но впервые в жизни искренне хочу передать кому-то частичку своего тепла.

— Запомни, на этой карманной планете всегда есть человек, которому не все равно. И если ты думаешь, что его нет, то посмотри на меня. Ладно? — Откуда взялась храбрость произнести эти слова?! Сама же сказала, и сама смутилась. А он молча смотрит на меня, никак не реагирует. Будто пытается разглядеть в темноте свет от единственной зажжённой свечи. Смотрит таким особенным взглядом, и вдруг я замечаю, что лед начинает давать трещину. Медленно тает: по крупице, маленькими каплями, превращая айсберг в прекрасный океан.

На моем лице появляется улыбка, не могу ее утаить. А может, и не хочу.

— Глупая, — врывается в тишину голос Кирилла. Он приподнимаетголову и неожиданно указательным пальцем заряжает мне щелбаном по лбу.

— Ай, — поднимаюсь я, потирая место удара. — Больно, ты чего?

— Я, итак, на тебя всегда смотрю, — тихо, едва слышно добавляет Собалев, отводя взгляд в сторону. Мне даже кажется, что это где-то в моей голове прозвучало, что все это плод моей больной фантазии. Но переспросить не решаюсь. Сочтет еще за дурочку. Хотя… он, кажется, уже такого мнения обо мне.

— Можешь спину помазать, пожалуйста? — Переводит тему разговора Кирилл.

— Я?

— А ты здесь кого-то еще видишь? — Хмыкает парень и поворачивается ко мне задом, скидывая накидку с плеч. Скольжу взглядом по его твердым мышцам, выпирающим лопаткам, за одеждой совсем не видно, что тело у мальчишки очень спортивно подготовлено.

— Ладно, — выдыхаю тяжело, потому что смущена положением дел. Беру с пола мазь и сажусь рядом. Руки трусятся немного, а щеки залил румянец. Кладу на палец немного содержимого из тюбика, как нужно правильно делать не знаю, раньше не доводилось заниматься подобным. Аккуратно подношу ладонь к коже и замираю. Шрамы. Они такие глубокие.

— А тебе будет не больно? — Тихо уточняю я.

— Ну, если ты будешь нежной, то потерплю, — явно отшучивается Кирилл.

— Ничего не могу обещать, — глухо отзываюсь и осторожно дотрагиваюсь пальчиками до тех участков, куда указал Соболев. Сначала растираю медленно: и боюсь, и стесняюсь одновременно. Даже отвернуться пытаюсь, но глаза тянуться сами собой обратно. Затем втираю мазь чуть нажимая, и в эти минуты Кирилл тяжело выдыхает. Он не жалуется, молча терпит, как и полагается мужчине. Выдержка достойная восхищения.

В какой-то момент я так увлекаюсь, что невольно скольжу рукой ниже, опускаясь к пояснице. Ловлю себя на мысли, что мне нравится эта процедура. В воздухе пахнет ментолом, а кожа у Соболева такая мягкая, и плечи такие широкие. Если бы я была чуточку смелей, прижалась бы к нему, забрала плохие воспоминания вместе с этими шрамами, которые въелись под самые кости.

Нашу молчаливую идиллию разрывает телефонный звонок. Я даже вздрагиваю от неожиданности. Не сразу понимаю, что это мой мобильный.