Книга Дьявол всегда рядом со мной, страница 103 – Ники Сью

— В чем дело? Я спешу, — пытаюсь говорить спокойно, но сдерживать эмоции сложно. Алкоголь стреляет в виски, щека до сих пор горит от пощечины, а на губах сладких вкус Аринки. И я то ли с ума схожу, от дикого возбуждения, то ли готов с катушек слететь, что больше никогда ничего подобного не испытаю.

— Кирилл, пожалуйста, — практически умоляет Ксю, пытаясь рассмотреть что-то в моих глазах.

— Услышь меня, Ксюш, — кладу ей руки на плечи, слегка наклоняюсь, и уже тише заканчиваю фразу. — Не сейчас, ладно. Я очень спешу.

Делаю шаг и уже даже отхожу от нее, но Мельникова резко хватает меня за локоть и тянет на себя, в надежде, остановить. Чувствую, как волна злости поднимается, как челюсть сжимается, вот-вот и я сорвусь, просто не смогу контролировать этот поток эмоций.

— Кир! Послушай, —просит в очередной раз. А я думаю, сколько прошло минут. Если в зале пять, и тут я уже стою не меньше двух, да Аринка могла запросто покинуть школу.

— Кирилл! — Прикрикивает Ксюха и слегка тормошит меня, пытаясь заставить обратить на нее внимание.

— Да твою мать! — Срываюсь, потому что уже невыносимо просто! — Оставь меня в покое! Слышишь?!

Скидываю резко руку Ксении, мысленно ругая себя, что не сделал этого раньше. Разворачиваюсь и бегу в сторону лестницы. Пусть Арина будет в классе, пусть она окажется на втором этаже. Мы должны поговорить. Слишком сладкий поцелуй, слишком сильно едет крыша от нее, чтобы все вот так разрушить.

Дергаю ручку кабинета, закрыто. Бегу к следующему. Опять облом. Я как дурак кидаюсь к каждой двери, но то ли поздно, то судьба издевается. Закидываю голову к потолку. Где искать. Куда дальше. Твою мать.

Спускаюсь снова вниз. Смотрю под лестницей, там иногда тусуется народ. Но тщетно. Иду в коридор первоклашек, даже проверяю коморку с надписью «запасной выход». Натыкаюсь только на парочку учителей, которые вот-вот отбудут на покой.

Остаются туалеты. И я врываюсь сначала в женский, обшарив, как собачонка, каждую кабинку. Затем даже иду в мужской, не знаю зачем, ну мало ли. А ее нет. Тупо нет нигде. Неужели опоздал. Твою мать. Бесит. Как же бесит это все. Ну почему она никогда не дает мне и шанса высказаться. Принципиальная такая.

Вспоминаю про телефон. Точно. Раньше надо было голову включать. Вытаскиваю его из кармана и понимаю, как же сука, жизнь меня нагнула. Зарядка села. В самый нужный момент. Сколько прошло времени. Пять? Нет, десять? Или пятнадцать минут? Что все это время я делал? Где я был эти проклятые минуты? А если она плачет? Вдруг сидит где-нибудь во дворе в полном одиночестве и плачет? Из-за меня… из-за этих идиотов, которые все испортили.

Забираю куртку из гардероба, и бегу в сторону наших домов.

«Еще не поздно»,— шепчет сердце.

«Ты влип»,— издевается голос внутри.

Холодный воздух заполняет легкие и поры алкоголя немного выходят, освежая разум. Хотя не могу сказать, что соображаю трезво, и отчетливо понимаю, всю суть происходящего. Бегу. Просто бегу. Быстро, как умею. Не зря же за школу выступаю. С моим ногами добраться до места назначения расплюнуть. Только вот Аринки во дворе нет. Тут вообщелюдей нет. Только собаки.

Усаживаюсь на лавку возле ее подъезда и поднимаю голову к верху. Крикнуть что ли, позвать по имени. Какое из этих окон принадлежит моей Ромашке? Даже рот открываю, набрав побольше воздуха, но в нерешительности закрываю обратно. Стрельцова не оценит моих порывов, еще больше разозлится. А вдруг она и не дома вовсе? Вдруг к своим подругам пошла. Голова разрывается от потока вопросов. Из-за прохладного зимнего ветра немного потряхивает.