Книга Давай сыграем в любовь, страница 78 – Ники Сью

— Когда ты не грубишь, то вполне себе милая, тебе говорили это?

Соболев заправляет прядь волос мне за ухо, затем отдаляется. Все также неожиданно, как и приблизился. Он ведет себя странно, и улыбка на его губах, такая хищная, но совсем не опасная, тоже наводит на смешанные чувства.

И это не иначе катастрофа вселенского масштаба. Почему? Да потому что мне приятно находится в центре его внимания, получать какие-то вот такие знаки. Бред. Просто абсурд. А поделать с собой ничего не могу.

— Говорили, — киваю, не отводя взгляда.

Правда, продолжение этого довольно игривого разговора завершается довольно стремительно. Мне звонит мама, и я, чтобы сбежать от Руслана, сообщаю ей, что буду дома через полчаса.

— Так скоро? — когда я убираю телефон, Руслан шумно выдыхает.

— Да, мне нужно домой, — вру я. На самом деле, просто хочу сбежать. Как трусиха, да. Ну а что делать? Мысли в таком хаосе, что я не могу принимать трезвые решения.

— Понятно. Вызову тебе такси тогда.

— Угу…

Весь вечер я как на иголках, все расхаживаю по дому, измеряя шагами комнату. Смотрю туда-сюда и не понимаю, как так сложилось, что мое сердце активно екает на Соболева. Нет, даже не так, оно прямо сжимается и бухает, словно его заменили. Стоит Руслану улыбнуться, оно заводится волчком, стоит ему податься мне навстречу — замирает. Это все максимально неправильно, ведь я обещала себе больше никаких влюбленностей. Да и к кому? К парню с завышенным ЧСВ? Это просто катастрофа.

А уже на следующий день я снова еду к нему, и даже зачем-то подолгу выбираю платье вместо обычных джинсов и толстовки. Волосы не распускаю, а затягиваю в тугой высокий хвост, глаза подвожу иначе. Умом я понимаю, что веду себя как полная дура, которая добровольно готова влезать в яму. Но, кажется, когда человек испытывает симпатию к другому, с логикой у него начинаются проблемы.

Не успеваю я выйти из такси, как вижу Руслана. Он идёт ко мне расслабленной походкой, держа руки в карманах серых спортивок. Кофейного цвета волосы зачесаны так, словно их хозяин готовился к нашей встрече. И от одной этой мысли у меня в груди разливается водопад разных чувств. Я снова ругаю себя, злюсь, кусаю губу, да только поделать ничего толком не могу.

— Сегодня холодно, зачем ты вышел? — спрашиваю, кутаясь в теплую куртку. Ветер такой, что деревья постоянно качаются, а в нашем дворе даже громыхал шифер на крыше.

— А вдруг бы тебя унесло? Чтобы я тогда делал? — в шутку отвечает Руслан, а когда с моей головы слетает капюшон, опять же спасибо урагану, Соболев подходит ближе и накидывает его мне на голову. И вроде в этом жесте ровным счетом нет какого-то особого момента, от которого колени бы сделались ватными, но к щекам тут же припекает румянец.

— Ладно, пошли скорее, холодно очень, — и я, совсем отважившись, хватаю его за руку и тяну в сторону особняка. По пути Руслан обгоняет меня, его ладонь перехватывает мою руку, и теперь наши пальцы сплетаются в единое целое.

Мысленно я отмечаю, что пальцы у Руслана горячие, просто кипяток, а еще они длинные, аккуратные и крепко меня держат. Будто я особенная, и значу для него больше, чем фиктивная подружка. Мне приятна эта близость настолько, что я, склонив голову, скрываю улыбку, что просочилась на лицо. Пытаюсь изо всех сил вернутьбылую выдержку, но, честно сказать, ситуация плачевная.