Книга Больше, чем любовь, страница 94 – Ники Сью

— Что именно?

— Что вы будете предохраняться, — выпалила она. Ох, как мне стало стыдно! До самых кончиков ушей!

— Мам! — пропищала я.

Она лишь отвела взгляд, намекая, что разговор окончен.

Ярик написал мне часа через три, сказал, что доехал к себе и спросил, как обстановка дома. Сложно было поверить, что теперь мы вроде как… хотя… Я до сих пор не знала, в каком статусе у него: девушки или той, с кем можно поцеловаться развлечения ради? Стоп! Яр не Дава, это я уже успела уяснить, надо просто подождать или потом задать вопросы, которые меня интересуют. Чего накручивать себя лишний раз? Рот же для чего-то нам дан.

На следующий день мама сообщила, что мы снова едем в школу вместе. Она хотела, чтобы Юрий и Вадима подвез, но брат слег с простудой. Оказалось, ночью у него поднялась температур, а и мама, как полагается, просидела рядом с кроватью сына. Самое забавное, Вадим утром, несмотря на плохое самочувствие, весь светился. Он даже кофе заварил на всех.

— Ты чего такой счастливый? — спросила я за завтраком. Брат чуть наклонился ко мне, отодвигая чай с малиной и прошептал:

— Ничего.

— Как маленький, — усмехнулась я.

— Нормальный, — надулся он.

А потом, смотря на довольное выражение лица Вадима, на то, как мама целует его в лоб, проверяя, не горячий ли тот, как подает таблетки и делает компресс, я поняла: она давно вот так не заботилась о нас. Мы уже были взрослыми, могли сами и таблетку в рот положить, и градусник под мышку впихнуть. И если я болела частенько, то Вадим, наоборот, от силы раз в год. Он был у нас крепким орешком, готовым побороться с любым вирусом. Однако даже такой взрослый орешек мечтал вновь стать ребенком, которого будет хоть пару часов опекать мама. Это было умилительное зрелище.

В школу в этот раз я собиралась словно на парад: взяла новые тени, подвела глаза, румянами оттенила щеки и на губы нанесла матовую, едва заметную, помаду морковного цвета. Вместо привычных брюк надела черную юбку с высоким поясом, сверху тонкую белую кофточку с V-образным вырезом. Покрутилась перед зеркалом, поправила распущенные пряди и довольная собой улыбнулась.

— С ума сойти, — откомментировал Вадим, провожая нас с мамой на пороге. Когда родительница вышла, я показала брату средний палец — дурачок.

На парковке во дворе нас уже ждал старенький Лексус Юрия. Однако не только он там был. В районе детской площадке, вырисовывая восьмеркой круги, ходил Ярослав. В черной кожанке, джинсах и высоких кедах — онвыглядел как всегда стильно.

— Это как понимать? — нахмурилась мама при виде Громова. Хотела бы я и сама знать — как! Яр мне не говорил, что будет ждать перед школой. Хотя в сердце сразу сладко кольнуло, словно там распустились цветы. Подпрыгнуть бы от радости, да глупо будет выглядеть. Поэтому я лишь сдержанно улыбнулась.

— Для меня самой сюрприз, правда, — постаралась оправдаться я. Тем временем Ярослав заметил нас с мамой и двинулся в нашу сторону. Он шел вразвалочку, словно могучий лев, вальяжно передвигаясь по завоеванной территории. Одни словом — уверенности Яру не занимать.

— Добрый день, — поздоровался Громов.

— Уж не знаю, добрый ли, — поджала недовольно губы мама. Она явно не планировала, что все сложится таким образом.

— Вас так погода огорчила? — выгнул бровь Яр, хотя казалось, ему глубоко наплевать на мамино настроение.