Книга Больше, чем любовь, страница 89 – Ники Сью

— Хватит, пожалуйста! — завопила подруга.

Однако Ярослава словно подменили: глаза его сделались стеклянными, глубокими и холодными, губы были сжаты в тонкую нить, а кулак метил ровно в цель. Всего лишь одна фраза сорвалась с его уст в этот момент:

— Никогда не смей трогать ее!

— Яр! — а это был голос Арта. Он вихрем влетел в коридор, обогнув меня. — Боже, Гром! Утихомирься, ты же покалечишь придурка. Оно того не стоит.

Я не знала, что делать, а там позади уже кто-то звонил друзьям на подмогу, чтобы устроить Громову “веселую” жизнь. Дело пахло серьезным конфликтом. Поэтому, не придумав ничего лучше, я просто подбежала к Яру и обняла его со спины, крепко прижавшись грудью.

— Пожалуйста, Ярик! — прошептала я, вкладывая в эти слова всю себя. Впившись в ткань его толстовки ногтями, я пыталась заставить остановиться Громова. И вдруг его кулак повис в воздухе.

— Ладно, — хмыкнул Яр, не иначе делая одолжение этому Денису.

— Пошли, а то заразимся слабоумием, — постарался пошутить Арт. Он прошел мимо нас с Яром и посмотрел так, будто говорил: “Давай, дружище, переставай страдать дурью”.

Девочки, которые в шоке наблюдали за происходящим, а кто-то даже умудрился снять потасовку на камеру, теперь вытянулись по струнке и переговаривались между собой. Она из них даже подмигнула Ярославу, словно ситуация ей безумно нравилась.

Громов повернулся ко мне, убрал мои руки со своей талии и повел за собой, переплетая наши пальцы. От столь простого жеста я смущенно опустила голову, ощущая, как сердце участило ритм. Мне безумно нравились прикосновения Яра, они вызывали волну трепета, которая проходила от головы до самых пальчиков на ногах. В эти редкие мгновенияво мне будто расцветали цветы после затяжной зимы.

Когда мы вышли на улицу, Лилька нагнала нас. Звук ее каблучков, ударяющихся об асфальт, разлетался эхом по округе.

— Какого черта? — прошипела она. Я отпустила руку Ярика и повернулась к подруге. Шикарный макияж превратился в кляксу на лице. — Зачем ты его ударил?

— Ты права, — пожал плечами Громов, равнодушно окинув взглядом Лилю. — Надо было не бить, а опустить никчемную голову в унитаз.

— Какой жестокий мальчик, — усмехнулся Арт.

— Ты больной? — Ильина насупилась, ее губы дрожали. — Лина, ты выбрала себе в парни придурка!

— Самого отменного, — согласился Арт. Он держал руки в карманах черных спортивок, лениво притопывая ногой.

— Лиля! — крикнула я. Чудо, что удержалась от пощечины. — Мало того, что мы приперлись унижаться, так твой Денис еще толкнул тебя. Да если бы не Яр…

— Лучше бы я пошла одна, — с досадой в голосе выдала Ильина. Она склонила голову, развернулась и стала шаг за шагом отдаляться от нас.

Моя грудь полыхала огнем от услышанного. Создавалось ощущение, что я наступила на давно знакомые грабли и ударилась сильно о лоб деревяшкой. Нужно было выбросить эти грабли, а я почему-то упорно продолжала на них наступать. Какая же дура!

Я смотрела вслед удаляющейся Лильке и думала, что вместе с ней уходит часть меня. Мы столько пережили вместе, у нас были общие мечты, клятвы, одно горе на двоих, радость, которую мы делили пополам. Потерять друга, как потерять любимого человека — оказывается, это всегда сопровождается ноющей болью.

— Пойду за ней, — сказал неожиданно Арт. Он провел рукой по рыжей шевелюре, опустив плечи, будто испытывал усталость.