Книга Больше, чем любовь, страница 22 – Ники Сью

Ярослав внезапно подошел ко мне и остановился напротив. Он дотронулся указательным пальцем до моего лба и все с тем же сарказмом заговорил:

— Не знаю, что в твоей глупой голове, но выбрось это. Окей?

Я ударила его по руке и посмотрела с вызовом и нескрываемым раздражением. Да, мы были разного роста и комплекции; да, мы были небом и землей, во всех смыслах этого слова. Громов жил среди звезд, а я обитала в траве, где прыгают маленькие, едва заметные кузнечики. Но это не давало ему никакого права быть таким говнюком.

— А знаешь, может, и надо было рассказать учителям про тебя.

— Да, пожалуйста, — усмехнулся он. — Мне плевать.

Яр обошел меня и двинулся в сторону поворота, ведущего на квартал выше. Силуэт его широких плеч вот-вот должен был исчезнуть из моего поля зрения.

— Тогда больше не посылай ко мне своего дружка! — крикнула я ему в спину, с трудом сдерживая поток эмоций. Я обычно не использовала ругательства, но сейчас мне хотелось сказать пару-тройку нецензурных фраз, поведение этого парня жутко бесило.

— Осторожнее по пути домой, — отозвался Яр. — Собаки не дремлют.

И только я набрала полные легкие воздуха, чтобы выругаться, как Яр окончательно скрылся из виду, будто его никогда тут и не было. Не человек, а фантом…

Вадим вернулся позже мамы на полчаса, и за этот короткий отрезок времени я успела заметить волнение на лице родительницы. Удивительно. Она ничего не говорила, но постоянно грызла ногти, расхаживая по комнате и крепко сжимая телефон в изящных пальцах. Кажется, мама звонила Вадиму несколько раз, и он тоже оставил её без ответа. Мне все больше хотелось зарядить брату подзатыльник.

Я прекрасно понимала, что переходный возраст, обиды и все дела, но надо же иногда включать голову. Почему мы порой не думаем о чужих чувствах? Почему эгоизм берет верх и отключает здравомыслие? Жаль, что на эти вопросы нет ответов в школьных учебниках.

Когда в дверях щелкнул замок, мама помчалась в коридор. Я тоже выскочила из своей комнаты, на цыпочках подкралась и тайком выглянула из-за стены, в надежде увидеть Вадима. Он закрыл за собой дверь и окинул хмурым взглядом мать. Воздух моментально наполнился запахом уличной прохлады и табаком. Брат никогда не курил, по крайней мере, я за ним не замечала этой привычки, возможно, он просто долго находился в компании ребят, кто балуется сигаретами.

Мама стала ругаться, её голос разрушил тишину, словно землетрясение, которое разбивает плоскость земли. Ее не устраивало все в поведении Вадима, в том числе этот дурацкий запах. И я бы может вмешалась, постаралась как-то сгладить конфликт, но откровенно говоря, усталость взяла свое, поэтому я ушла к себе, накинула одеяло на голову и вставила наушники в уши. Мне срочно требовалась перезагрузка.

***

Утро следующего дня не принесло ничего хорошего. Дома за завтраком все молчали, словно если заговорят, мир превратится в тыкву. Но если в стенах родной квартиры катастрофа меня не настигла, то в школе я уже не смогла укрыться от бури под названием Дава.

Он стоял у высоких железных ворот, ведущих внутрь учебного заведения, и привлекал к себе множество любопытных взглядов. Одетый с иголочки: белая рубашка и брендовый темно-синий пиджак, рукава закатаны до локтей, а туфли от "Том Форд" отливали блеском. Этот парень, как яркая обёртка от дорогой конфеты, притягивал к себе внимание, и каждый второй хотел узнать её начинку.