Книга Bad idea, страница 353 – Ана Эспехо

Кареглазый обольститель тянется к моей груди и едва касается через ткань футболки, кончиком пальца оглаживая выступающий сосок. Приятная истома растекается по телу, и я прикрываю глаза, позволяя шаловливым ручонкам брюнета ласкать меня. Хард теребит футболку, и хлопковая ткань натирает сосок. Грудь наливается, а низ живота предательски тяжелеет. Медленно дышу через приоткрытые губы, пытаясь демонстрировать свою незатронутость. Но Томас зажимает торчащий сосок пальцами, срывая с моих губ полувскрик. Я удовлетворенно мычу и еложу на месте, подстраивая правую грудь под ладонь Харда, которой он уделяет недостаточно внимания. Левая грудь вообще страдает по ласкам.

– Ты же понимаешь, что это моя грудь, а не игрушка? – но ты можешь мять её сколько угодно.

– Это мой антистресс, – в отместку за мою попытку противостоять ему, кареглазый дьяволенок щиплет меня за сосок, и я взвизгиваю. Веселый, игривый и дерзкий – мой любимый Хард.

– Твоя реакция на мои прикосновения к твоей груди – одновременно наказание и награда, – серьезный низкий шёпот британца заставляет меня напрячься, одновременно обволакивая и струясь по телу как теплый поток воды.

– Почему? – открываю глаза и помутненным от желания взглядом смотрю на Тома.

– Потому что твое дыхание учащается, а веки блаженно подрагивают и спокойно смотреть на это невозможно, – Хард продолжает пощипывать мои соски под футболкой, а правой рукой поправляет член в спальных штанах, возбуждаясь с каждой секундой все сильнее. У меня предательски горит между ног, и знакомая волна импульсами прокатывается по телу.

Томас оценивающе следит за моими движениями и понимает, что я как никогда готова. Он лучше меня всегда знал, когда влажность в моих трусиках повышена.

Хард вскакивает со своего места и прежде чем я успеваю опомниться, перекатывает меня обратно на спину и садится сверху. Давление горячего и мощного тела отрезвляет, хоть сознание еще и затуманено. Вихрь воспоминаний и эмоций переплетаются, образую ураган в моем сознании, утягивающий меня в прошлое. Именно в моей спальне, когда от желания убедиться в моей безопасности Томас прошел девять кругов унижения, британец впервые занял позицию сверху, вдавливая моё слабое тело в матрас.

– Что ты делаешь? – растерянно таращусь на кареглазого черта, не в силах предугадать его действий. Хард всегда был изобретателен в сексе. Одних слов британца о сексуальных экспериментах хватало, чтобы я бесстыдно текла, наслаждаясь яркими образами своей темной фантазии.

– Снимаю, – Томас хватается за края моей футболки.

– Мою футболку? – и стягивает через голову, швыряя на пол.

– Свой стресс, – Хард жадно облизывается, стирая капельки пота с верхней губы тыльной стороной ладони. Моё тело, обласканное горящими от желания карими омутами, застывает словно в кровь пустили воск.

Кареглазый обольститель тянется к верхнему ящику прикроватной тумбочки и достает прозрачную бутылочку со светлым содержимым внутри. Я пристально слежу за каждым движением этого извращенца, чей мозг гениально работает, когда дело касается секса. У меня аж соски твердеют от перенапряжения и возбуждения.

Хард откупоривает крышечку и неспешно льет немного массажного масла мне на грудь. Приятный, насыщенный ореховый аромат, легкий и почти неуловимый, ближе к терпким ноткам грецкого ореха, заполняет спальню. У меня першит в горле от запаха и… волнения.