Книга Бывшие. Лада с «прицепом», страница 67 – Елена Грасс

Я понял, что этот человек, даже если всё потеряет, будет винить кого угодно, но только не себя во всех своих бедах.

Я обязательно открою Ладе глаза на её отца, но сначала жильё.

Она кивает, и я ухожу, пожелав им спокойной ночи.

Через полчаса, пытаясь сосредоточиться на делах, открываю папку и застываю в удивлении.

Пару важныхконтрактов, которые я забыл забрать из той комнаты разрисованы фломастерами.

Не знаю, в курсе Лада или нет, но тем не менее Алиска совершенно точно приложила здесь свою творческую фантазию и детскую руку.

Смотрю на рисунок и улыбаюсь.

На меня смотрят три коряво нарисованных человечка, насколько их можно назвать людьми, и улыбаются. И мне хочется верить, что именно я изображён в этом шедевре третьим.

Рядом с мини-копией Алиски два снеговика — красавца, которых мы лепили недавно.

Утром следующего дня, когда Лада собирает дочь в садик, подхожу и присаживаюсь перед ней на корточки.

Лада замирает настороженно и перестаёт её одевать, не понимая, что происходит.

Алиска сначала смотрит на меня, потом на папку с документами, отводит глаза, видимо, точно зная, о чём я планирую с ней поговорить.

— Ты хорошо рисуешь, малышка, — улыбаюсь ей и протягиваю ей её рисунки.

— Спасибо, — кивает, но смотрит на меня теперь настороженно.

— Думаю, надо развивать твой талант. Но, давай в следующий раз, когда ты соберёшься это делать, будешь делать это в альбоме для рисования. Идёт? — резко поднимаюсь во весь рост.

Алиска неожиданно словно сжимается вся.

— Я просто р-р-рисовала. Пр-р-расти, мамоч-ч-ч-ка. Пр-р-асти, Егор-р, — вдруг начинает заикаться.

Лада замирает, не зная, как реагировать.

Она берёт за руку дочь и сжимает её, играя пальцами.

— Алиса, доченька, посмотри на меня, — привлекает её внимание Лада. — Всё хорошо. Всё хорошо. Всё хорошо. Слышишь?

Алиска кивает ей несколько раз и успокаивается. Вижу, что её грудная клетка уже не ходит ходуном, волнение уходит.

— Ты чего так распереживалась, солнышко? — обращаюсь к Алисе, не понимая её реакции на рисунок и наш разговор. — Лада, что случилось?

— Ничего, — врёт Лада, и Алиска вдруг прячется за ней. Она выглядывает настороженно, а Лада её продолжает прикрывать собой. — Егор, пожалуйста, извини... Я не знала... Не уследила... Отвлеклась... Наверное, в этот момент, она... — Лада нервничает и пытается оправдаться.

— Успокойся, эй, ты чего? — беру её за руку, прикасаюсь к лицу. — Это не та ситуация, из-за которой так стоит так нервничать.

— Есть возможность напечатать новые? — но она словно не слышит меня.

— Найду.

— Я испугал её этим разговором? — тихо спрашиваю её, когдаАлисы нет рядом. — Почему она резко стала заикаться? И твоя реакция…

— У неё так бывает, когда она волнуется. Просто… просто…

— Что, просто, Лада? И почему она волнуется?

— У нас был недавно подобный инцидент, когда я жила с Зотовым. Она нарисовала на каком-то договоре карандашом цветок, и мой муж… он… он так орал на неё из-за этого. Замахнулся в гневе… но я успела отреагировать и не позволила ударить. Алиска очень тяжело реагирует на агрессию. Я стараюсь максимально избегать этого. Я сама ведь жила в таких условиях, и совершенно точно не хочу повторения для своей дочери. Любую волю можно поломать, если задастся целью.

— Она из-за этого так мало говорит? Или так и должно быть в её возрасте? Он орал на неё всё время?