Книга Чужие грехи, страница 46 – Елена Грасс

Я вижу, как трясутся её губы, пытаюсь успокоить, но не получается.

— Ну, прекратите, вы сейчас начнёте плакать, будут красные глаза. Подумайте, как вы будете выглядеть при знакомстве с моими родителями? Кроме того, Матвей, увидев вас в таком состоянии, скорее всего, испугается, тоже начнёт плакать. Вам нужно пожалеть ребёнка, — прохожусь по таким аргументам, чтобы она взяла себя в руки. — Екатерина Сергеевна, повторяю, вы ничем перед нами не виноваты. Да ведь я перед вами тоже виноват, забыли? — грустно улыбаюсь. Тошно постоянно про это думать.

— Если честно, да, забыла. И не хочу больше это вспоминать. Я уверена, что с Дашей у вас всё наладится.

— Мне бы вашу уверенность, — понуро отвечаю ей.

— Даша девочка… как сказать, гордая. Но уверена, она успокоится, когда узнает правду о том, что ты сделал для нашей семьи. Она простит тебя.

— Повторю, как в прошлыйраз, всё тоже самое: не хочу, чтобы она возвращалась ко мне только из-за чувства благодарности. Жить с женщиной при таких условиях всё равно сам не смогу. Это будет точить меня изо дня в день. Поэтому, повторно, настоятельно попрошу вас ничего не говорить Даше.

— Ты не думай о нашей семье плохо, Максим. Саша, полагаю, потерялся ровно в тот момент, когда погиб его отец. Он не мог найти себя дальше, поэтому творил такие дела.

— Моё предложение — не говорить о нём. Напоминая о нём, вы напоминаете мне о Насте, это очень тяжело. Долг я закрыл не ради вашего сына, а только потому, что очень виноват перед Дашей, и потому что должен своему ребёнку.

— Я понимаю, и больше не буду говорить о нём.

Подъезжаем к дому, идём к подъезду, Екатерина Сергеевна вдруг останавливается и начинает плакать.

— Максим, подожди, дай отдышаться. Не могу, боюсь заходить в ваш дом, смотреть в глаза твоим родителям. Что им скажу? Простите меня за то, что мой сын убил вашу дочь? А мой внук⁉ Я до сих пор не могу поверить, что всё-таки мой сын способен на такое. Подожди, пожалуйста, давай посидим на лавке, успокоюсь.

— У нас есть недалеко парк, предлагаю прогуляться.

В парке мы молчим, каждый думает о своём. Екатерина Сергеевна плачет, а я невольно вспоминаю её дочь. Как в своё время гуляли с Дашей, первый поцелуй с ней, первый взгляд, та сахарная вата, который покупал. Воспоминания опять мучают мою голову.

Екатерина Сергеевна что-то говорит, вытирает слёзы, а я жду, когда успокоится и придёт себя. Знаю, ей нужно время, но настаиваю на том, чтобы она взяла себя в руки,

— Пойдём. Я обещаю, что больше не буду плакать. Конечно, я дама слабохарактерная, — смеётся, — но, я постараюсь держать себя в руках. Уж точно ради того, чтобы не испугать Матвея.

Поднимаемся по лестнице в квартиру, звоню в дверь. Открывает мама, на руках Матвей. Он улыбается, глядя на меня. Мама, прости, сейчас буду шокировать тебя.

— Здравствуйте, проходите, — пропускает нас в квартиру.

Екатерина Сергеевна робко делает шаг вперёд и улыбается. А глаза всё равно красные, как и говорил.

— Мама, познакомься, это Екатерина Сергеевна.

— Здравствуйте, — протягивает моей маме руку — очень рада познакомиться с вами.

— А я Татьяна Ивановна. Мне тоже очень приятно, — пока мама дружелюбна, потомучто не знает кто перед ней.

Матвей начинает крутиться на руках, нервничает.

Екатерина Сергеевна не сводит с него глаз, смотрит, практически не моргая.