Книга Чужие грехи, страница 43 – Елена Грасс

— А сейчас что изменилось? Знаю когда дружба закончилась: когда Максим обратил внимание на меня, а не на тебя. ведь именно тогда это тебя выбесило, верно? Ты позавидовала? Расстроилась, что этот симпатичный парень обратил внимание на меня? А ты ведь перед ним так крутила хвостом, бедная, но у ничего не получилось.

— Да, — мерзко улыбается, — тогда позавидовала, а теперь ни капельки не завидую! Повторяю: теперь завидовать мне будешь ты, потому что я молодая, красивая, а ты скоро станешь коровой неподъёмной! А потом родишь ребёнка и будешь никому не нужной брошенкой, с младенцем на руках. А у меня ещё вся жизнь впереди! Съела, подруга! Я тебя за собой таскала по принципу «Красивая подруга и страшилка», поняла? Ну кто страшилка, ты поняла, да?

В нашей стране это стандартные фразы. Всё по кругу. Буквально недавно Настя проходила этот путь, но у неё хоть поддержка была. А теперь я, но практически одна.

— Злая ты, завистливая, — стараюсь не реветь, обидно, — надо же, ты меня, как страшилку таскала оказывается, а парня увести не смогла. Как раньше не замечала за тобой этого гадства? Спасибо, что открыла мне глаза. Но помни, карму никто не отменял, поверь, прилетит когда не ждёшь по полной!

Прибавила шаг, практически побежала, насколько это было возможно, придерживая живот.

Мне не даёт покоя та фраза, что Даша бросила в последнюю встречу: «А хочешь, я ещё обрадую тебя? Квартиру скоро продадим, втроём будем жить в однушке, долг его закроем, и всё, будем в полной жопе! А ты радуйся, всё получилось…». О чём она говорила, не понимаю.

После нашей встречи и разговора с Дашей понял, как сильно ошибался, когда ничего не узнал про неё, прежде чем осуществить свой безумный план. И да, теперь этот план кажется мне таким.

Принял решение встретиться с её мамой, Екатериной Сергеевной. Даша как-то говорила мельком, где она работает, и я поехал к ней.

Пару раз прежде пытался дозвониться до неё, но, когда она впервые взяла трубку и узнала, кто звонит, сказала, что разговаривать со мной не намерена, и положила трубку. Воспитанная женщина, даже голоса не повысила, другая бы послала в далёкое пешее, а может, ещё дальше.

Екатерина Сергеевна встретила меня неприветливо (Ещё бы! Не удивился) и также как Даша попыталась сбежать. Но и я парень настырный, если захочу, всё равно добьюсь своего.

Разговор между нами не клеился. Пытался сначала что-то говорить на тему, как ошибся и так далее, но не видел в её глазах ничего кроме грусти. И я решил сказать главное.

— Даша не хочет со мной общаться, но она обмолвилась, что у вас скоро должны забрать квартиру? — начинаю неприятную для нас обоих тему.

— Не забрать, а мы должны будем её продать. Сын прислал нам извещение о намерении продать свою долю в квартире постороннему лицу. Но по закону, как я узнала у соседки, сначала он должен предложить эту долю нам, — говорит грустно, — только пока он не появлялся больше. Не понимаю только сам ведь написал, что в течение шестидесяти дней мы должны согласиться и выкупить, и до сих не появился. Может совесть всё-таки есть, не знаю, дал время нам денег собрать или передумал, — она стыдливо утирает слёзы с лица.

— Как получилось так, что у него была такая большая доля? — меня его жизнь не интересует, но по-другому информации не получить.