Онлайн книга «Измена. (не) удобная жена»
|
Чувствую, как внутри меня поднимается волна обиды и злости. Как будто я должна ещё и сочувствовать ей после всего того, что произошло! Это она полезла в чужую семью, причём как я сделала вывод, крайне активно предлагаясебя. Это она обманывает не только меня, но и своего мужа. Это она теперь, в угоду своим интересам сейчас врёт даже Курбатову. Всё это она! Но чего она сейчас, рассказывая о том, как ей плохо ждёт от меня, обманутой жены? Уж не утешить ли, не прижать к груди по-матерински и не сказать добрые слова с поддержкой⁈ — Знаете, я просто так переживаю, что он не полюбит меня, так как вас… Он всегда повторял, мол, не рассчитывай на что-то большее, я буду с Альбиной до самой смерти, в здравии и в болезни… Его любовница говорит эти слова так искренне, так эмоционально… Но мне они словно насмешка, и даже где-то как пощёчина. Я люблю тебя, Альбинка, но хрен свой пристрою с молодой задорной, безотказной девке! А ты проглоти, ведь я же выбираю нашу семью! Странное понятие у моего мужа о любви. Ох, какое странное… — Да, но я-то больше не хочу быть с ним, ни в здравии, ни в болезни. Так что не переживай и просто делай то, что мы планировали. Он сейчас беспомощен, а моему мужу это совсем не нравится. Помоги ему снова стать на ноги, а потом я скажу ему, что ухожу от него. Меня он, скорее всего, после этого возненавидит. А тебе это только на руку. Плюс, он как раз увидит, как ты о нём заботишься, обязательно переключится на тебя. Это ведь именно то, что ты хотела? — Да. Но, Альбина Альбертовна, неужели вы правда не боитесь остаться одна? Я думала, что вы на эмоциях мне тогда сказали это… — Выглядит всё как, правда, — кивает. — Нет, правда не боюсь. Ни одну женщину развод не испортил. Многие, напротив, только после развода начинали по-настоящему жить и дышать полной грудью. Я, как показывает жизнь, из этой категории. Остаться с мужчиной предателем и бояться всегда, что какая профурсетка затмит ему разум снова… Смотрю на неё не стесняясь, а она опускает стыдливо глаза теперь. — Нет, неинтересно мне. Не хочу. Всё, завтра я покажу тебе наш дом: где, что, зачем. Потихоньку движемся к завершению этого спектакля. На, кстати, ты хотела гарантии за своё молчание, — протягиваю ей наспех составленный договор, согласно которому якобы фирма Михаила взяла у Анны несколько миллионов рублей в долг и через год вернёт. — Спасибо, — начинает улыбаться, теперь уже забыв про слёзы и переживания, наспех засовывая бумагу в сумку. — Хотелось подстраховатьсявсё-таки? — я не подбираю с ней слов. Нет в этом смысла. — Боишься, что, если или я, или Михаил кинет тебя, ты сможешь на крайний случай предъявить его компании счёт? И где в этом договоре о большой и светлой любви? Не помню такого пункта. — Ну, меня тоже можно понять! Хоть какая-то подстраховка должна быть и у меня. Согласитесь? — пожимает равнодушно плечами. — И эта девушка кричала о преданности Курбатову… — Аня отворачивает лицо и молчит. Она очень часто так делает, я заметила. Очень удобная позиция, кстати! Человек тебе ничего не сказал, не ответил, просто промолчал, а ты сам додумаешь, как тебе хочется, сам выйдешь из себя, сам взбесишься или напротив, успокоишься. А человек, повторюсь тебе ведь просто ничего не ответил… Когда Анна попросила у меня каких-то гарантий, признаюсь, сначала растерялась, но потом решила, что это, наоборот, плюс, ведь её интереса молчать теперь ещё больше. |