Книга Гламурная няня для селяночки, страница 20 – Юлия Ильская

Брусничный пирог с шариками ванильного мороженого просто тает во рту. Сама того не заметив, я съела целых два огромных куска.

– Ты очень мало ешь, – качает головой Иван. – Эти ваши модельные привычки…

– С чего ты решил, что я модель? – смеюсь я.

– Ты тщательно следишь за собой. Конечно, я утрирую. Ты можешь быть кем угодно. Но видно же, что ты из тех гламурных штучек, что целыми днями сидят на диетах. Ты знаешь, что это очень вредно для здоровья?

Иван вроде говорит обидные для каждой девушки вещи, но говорит так мягко, что я и не думаю обижаться, только вздыхаю. Впрочем, он прав. Алик хотел, чтобы я держала себя в тонусе, и я регулярно отказывала себе в нормальной еде и часами потела в спортзале.

– Ну, теперь я деревенская штучка, так что голодная смерть мне не грозит, – улыбаюсь я. – А ты сам-то не тот, кем хочешь казаться. У меня тоже есть глаза. Кто ты? Олигарх на покое?

– Можно и так сказать, – смеётся Иван и ловко уводит разговор в сторону.

Мы шутим и веселимся, как дети. Ева принимает активное участие в разговоре только жестами и смехом. Мне так хорошо в этом уютном и добром доме, что и уходить не хочется. Хозяева дружно уговаривают меня съесть ещё кусочек пирога, и я сдаюсь.

– Ой, у меня же есть подарки! – спохватываюсь я.

Я достаю из пакета для Ивана набор крючков для рыбной ловли, который зачем-то прихватила в магазинчике в районном центре. Ясама намеревалась научиться удить рыбу, но поняла, что не смогу проткнуть червяка.

А Еве преподнесла браслетик, на котором весело позвякивали серебряные черепки.

Девочка взвизгнула от восторга и принялась примерять подарок.

– Черепа? – Иван вздернул бровь.

– Да, а что? – пожимаю я плечами. – Это мило. И Еве нравится. Я подумала, что надо немножко разбавить ванильный образ, который ты создал Еве.

– Но она же девочка, – удивленно говорит Иван, – какой ещё образ я должен был создать?

– Представь себе, девочки бывают разные. Не все круглосуточно хотят быть принцессами. Правда, Ева?

Ева активно закивала.

– Ну… понял, – Иван озадаченно нахмурился, – я не думал, что ей может понравиться такое.

– А ты почаще её спрашивай, – отвечаю я. – Она умница и сама может показать, что ей нравится.

Я смотрю в окно.

– Ого! Уже темно, я пойду домой, – заторопилась я.

– Я провожу, – встает с места Иван.

– Не стоит, – останавливаю я его. – Я сама могу дойти, тут недалеко.

– Но…

– Не надо спорить со мной. Останься с Евой, она может испугаться. Что со мной может случиться? У меня есть телефон, и дорогу я знаю. Никто меня не тронет. ещё не так поздно, люди на улице есть. Я не хочу, чтобы о нас начали судачить…

– Ну, как знаешь. Если что, звони, – сдается Иван.

Я прощаюсь с хлебосольными хозяевами и выхожу на улицу. Зябко передергиваю плечами, накидываю на плечи толстовку.

Иду по знакомой тропинке, вспоминая уютный теплый вечер. Наверное, в этом и есть прелесть деревенской жизни. Вот так встречаться, есть пироги и болтать обо всём на свете.

Задумавшись, я подхожу к своему дому, который приветливо встречает меня светом в окошках. ещё никто не спит. Наверное, мама с тётей Машей смотрят сериал и посматривают на время, ожидая меня.

Я не сразу замечаю темную фигуру, возникшую откуда-то сбоку. А когда замечаю, уже поздно! Кто-то очень сильный зажимает мне рот рукой и тянет в проулок, где загораются фары огромного чёрного джипа. Отчаянно брыкаюсь, пытаюсь укусить негодяя за руку, но силы неравны. Неизвестный легко, как пушинку, поднимает меня и запихивает в джип.