Книга Измена. Всё начинается со лжи, страница 81 – Татьяна Тэя

Что это? Неуверенность во взгляде? Почему?

– Как… как Рита?

– Лучше ей.

– Отлично. Карина позвонила, сказала, что обычная простуда. – Удивительно, интересовался состоянием дочери, значит? – А я вот… – он поднимает руку, в которой коробка. – Как думаешь? Ей понравится?

Смотрю на куклу за пластиковым окном. Это пупс. Мальчик. На нём голубая шапочка и синий комбинезон. В комплекте бутылочка для кормления и погремушка. Он смешно округлил губки, будто просит поесть.

– Она играет в куклы или пока нет? Я ничего не знаю о маленьких девочках, – вздыхает Ленский. – Карина подсказала, что можно купить куклу. Но там их столько… Глаза разбежались. По возрасту подходит, вроде, да?

– Не переживай, – отмахиваюсь. – Она во всё играет. И в куклы, и в веточки с камешками. Можешь ей компанию составить, кстати.

– Я? – указывает на себя пальцем, затем усмехается. – Игры в куклы не мой конёк. В детстве больше конструктор любит и рисование. Кстати, я ей карандаши купил. Меня продавец уверил, что безопасные для полуторогодовалого ребёнка. Они такие толстенькие и короткие, чтобы не поранилась. Будет рисовать?

Меня кроет слегка. И голова кружится.

Я, которая думала, что всё… интереса у Вани к дочери ноль, вдруг получает миллион вопросов, на которые можно сразу дать ответ. Потому что дочку я знаю. И Ваня, кажется, тоже хочет узнать её получше.

– Будет… рисовать… – медленно отвечаю. – А на счёт пупса не беспокойся. Она его завернёт в полотенце, положит к тебе на колени, твоё дело покачать и колыбельную спеть.

– У меня как-то не очень… с пением.

– Ну побормочи что-нибудь… не на сцену же.

Ваня усмехается.

– Ладно… попробую. – Он кладёт локти на столешницу рядом со мной и бросает короткую сонную улыбку. – Девочки,это особый космос. Ничего про девочек не знаю. Мои племянницы были детьми ну очень давно. Я и сам тогда ребёнком был. С Кариной мы вместе по деревьям лазили и на заднем дворе палатку разбивали. Она боевая была и, кажется, с куклами почти не играла. А что это у тебя?

Заглядывает в кастрюлю, где булькает каша.

– Овсянка, сэр… будешь?

– Буду.

Мы завтракаем, обсуждая продажу квартиры. Ваня уже передал все документы риелторам. А я ощущаю, что Сидорины и скандал с Сашей будто бы были в прошлой жизни. Столько всего произошло за последнее время. Я словно целую жизнь прожила. То ли свою, то ли чужую.

– А я заявление на развод подала, – внезапно выпаливаю.

Ваня замирает, смотрит на меня. Потом аккуратно спрашивает.

– Помощь нужна?

– Нет, ну это я сама, наверное, могу.

Он кивает, никак не развивая тему. Мне снова грустно.

А чего ждала? Что он бросится меня обнимать? Скажет: так держать, девочка моя? Скоро никто не помешает нам быть вместе? Сразу предложит руку и сердце?

Наверное, последнего можно и не ждать.

Вздохнув, встаю, чтобы отнести тарелки в раковину. Но в коридоре раздаются тихие шаги, и на пороге появляется моя рыжуля. Рита сонно трёт глазки, потом тянет ко мне руки.

– Мама.

Позабыв про тарелки, хватаю её и, прижимая к себе, опускаюсь на стул. Ваня пододвигается к нам, держа перед собой коробку с пупсом.

– Привет, Маргарита. Я Иван, друг мамы. Мы с тобой нормально не успели познакомиться. Давай исправляться? Мне тут рассказали, что девочки любят куклы. Не наврали? Я вот такого классного пупса нашёл. Подумал тебе понравится?