Книга Измена. Всё начинается со лжи, страница 66 – Татьяна Тэя

Ай.. махаю рукой… да ладно. Тут до спальни пробежать пять метров. Да и Ваня ещё не вернулся.

Автоматически стыдливо прижимаю полотенце к груди. Так что спереди, вроде, всё прикрыто. Зато сзади – ничего. И выхожу в общую комнату.

И как назло совершенно внезапно и неожиданно, случайно и не к месту натыкаюсь на Ваню.

– Аля, а вот ты-ы… гд-е-е… – к концу предложения он начинает зажёвывать слова, словно заезженная пластинка.

А я ахаю и на автомате разворачиваюсь,чтобы вернуться в ванную.

Холодок проходит по спине и ягодицам, напоминая, что с той стороны я абсолютно голая.

Ойкаю, разворачиваюсь обратно. И натыкаюсь на Ивана.

Его руки ложатся мне на плечи. И не понятно, что он хочет сделать: притянуть или оттолкнуть. Потому что между нами ещё остаётся пространство.

– Горячая, – почему-то шепчет он.

Мои собственные ладони ослабевают и полотенце падает, оставляя меня полностью обнажённой.

Взгляд стыдливо ползёт вверх. И с каким-то опасением.

И натыкается на потемневший взгляд Ленского.

– Я это… – запинаясь бормочу, желая добавить «пойду к себе», но не успеваю.

Обжигающие губы, твёрдые и мягкие одновременно, совершенно внезапно прижимаются к моему рту. Рождая целый ворох ощущений и… воспоминаний.

Разве в этот момент можно думать о чём-то другом, кроме обжигающих поцелуев и клеймящих тело ладоней? Конечно, нет. Вот и я уплываю туда, где до этого момента бывала лишь моя фантазия. Сначала робко, потом всё смелее отвечая на поцелуй.

А потом руки сами собой ложатся на пуговицы рубашки Ленского, и пальцы ловко добираются до кожи.

Он зашёл с улицы, только куртку скинуть успел. И на контрасте с моим телом одежда Вани холодная. Я дрожу, но недолго. Потому что под прохладной одеждой горячие крепкие мускулы. И запах его кожи я не смогла вытряхнуть из памяти за прошедшие два с небольшим года. Он такой же пряный, так же терпкий, такой же одуряющий.

– Аля, – шепчет Ленский, покрывая мою шею поцелуями, а я ловлю ртом воздух, находя в себе силы подумать, а не совершаю ли я очередную ошибку.

А по фиг… Всё равно… Вот так я думаю. И отпускаю себя. И сдержанность свою тоже шлю лесом.

Мы прямо здесь, практически у порога высвобождаемся из одежды. Ваня подхватывает меня на руки и несёт в первую попавшуюся спальню, чтобы бросить на кровать и накрыть своим телом моё.

Я очень надеюсь, что мы не совершаем новую ошибку. Очень надеюсь, что это не усложнит итак непростую ситуацию.

Но закрываю глаза и отдаюсь чувствам.

Ваня прёт, как таран, как машина. Всё внутри вибрирует от его действий. Всё даже лучше, чем я помню. И наши тела идеально сочетаются друг с другом.

Всё происходит быстро и резко. И я плачу и кричу, и кажется, даже забываю собственное имя от остроты чувств.

Когда страсть затихает Ваня лежит на мне. Я придавлена к кровати весом его тела, и мне откровенно нравится. Пальцы бродят по его позвоночнику, нос утыкается в плечо. Почему-то я улыбаюсь.

– Прости, – шепчет Ваня.

– А? – откликаюсь. – Извиняешься? Уже жалеешь?

– Прости, что набросился с порога, – исправляется он и, отстраняясь, смотрит на меня чуть настороженно.

И я также настороженно смотрю на него в ответ.

Случись всё иначе: в другом месте, при других обстоятельствах, по плану, а не импульсу, неловкость не пришла бы так стремительно. Наверное…