Книга Измена. Подари мне мечту, страница 85 – Татьяна Тэя

– А чего не сейчас?

– По телефону, мне кажется, это не будет эффективно.

Возможно, он намекает на поцелуи и что-то большее в качестве убеждения.

Набираю в лёгкие воздуха и ухаю с головой в правду.

– Почему же? Кто-то о беременности тебе по телефону сообщает и… это очень эффективно!

Секунда. Другая. В трубке междугородние помехи слышны так отчётливо, будто мы разговариваем по доисторическому телефону, а не по сотовой связи.

Наконец, Матвей отвечает:

– В телефоне моём рылась?

В его голосе нотка разочарования, а я моментально захлёбываюсь от возмущения.

– Что? Что? – вопрошаю со смешком. – Яне роюсь в чужих телефонах!

– Я понимаю. Женское любопытство.

– Я не настолько любопытна, чтобы нарушать чьи-либо границы! И… и вообще, хватит переводить тему. Не об этом разговор! Но если хочешь знать, твой сотовый лежал на столе и фотку с тестом на беременность на весь твой супер-широкий экран было сложновато не заметить! – выплёвываю на одном дыхании. – Я б тебя поздравила. Да ты, насколько помню, не рад.

– Это не мой ребёнок.

– Закономерно. Другого ответа и не ожидала.

Разве кто-то сомневался, что он будет всё отрицать?

– Это серьёзно не мой ребёнок, – повторяет с железобетонной уверенностью.

– А ей ветром надуло? Это не одна из твоих любовниц? Номером ошиблись?

Ирония из меня так и брызжет.

Сажусь на диван, щёлкая пальцами и подбирая слова. А у самой ком в горле. Огромный такой ком. И проклятые солёные капельки в уголках глаз. Моргаю и пелена наползает на зрачок. Комната плывёт в потоке готовых обрушиться на мои щёки слёз.

– Нет, не ошиблись. Это лишь способ меня развести…

– А говорил с проститутками не спишь.

– Руза, – тянет Матвей, потом чертыхается. – Малыш, это не мой ребёнок. А она не проститутка, просто очень меркантильная девушка. Поверь, я предельно аккуратен. Всегда был. В любом случае, какое это имеет к нам отношение? Это всё было до того, как я тебя встретил.

– Неважно.

– А что важно?

– Ты даже не понимаешь, что важно! – почти кричу я.

Матвей шикает на меня, но очень нежно. И от нежности этой мне совсем худо. Мне кажется, я рушу счастье собственными руками, но не могу иначе. Матвей циничен, и цинизм этот может в будущем сыграть против нас. Я не знаю его. Я не уверена, что он тот, кто нужен мне. Не уверена, что он тот, с кем я буду счастлива долго. На короткую интрижку у меня нет душевных сил. Пусть лучше будет воспоминание о приятном отпуске. Я не могу влезать в его проблемы, когда в жизни полно своих. Сегодня одна с двумя полосками, завтра другая, сколько их будет? А потом ему захочется того, чего я не смогу ему дать. Детей.

– Руза, я вернусь и поговорим. Пожалуйста. Верь мне.

– Не могу. Даже если это так. Там… много чего… Прости. Нам лучше закончить, пока это не стало чем-то более серьёзным.

– Я бы повторил миллион раз, если надо. Это уже стало очень, Рузанна, очень серьёзным.

Испугавшись,я бросаю трубку. Потом быстро перевожу телефон в режим полёта, чтобы никто не смог до меня дотянуться.

Я плачу… плачу даже сильнее, чем в тот день, когда меня предал Рома.

С годами чувства к мужу притупились, после позора на юбилее осталась лишь глухая обида.

С Матвеем всё остро… И вырывать его из сердца придётся мучительно долго.

Ночью меня будит звонок домофона. Я сажусь и щурюсь в темноту, голова раскалывается, как после бурной пьянки. Это всё последствие часового плача, нет, истерики! После которой я вырубилась тут же на диване.