Книга Операция «Кавказская пленница». Чужая. Бедовая. Моя, страница 32 – Ульяна Романова

— Блин, надо было отказать! Так интересно, как ты бы стал уговаривать.

Он протянул руку и очень осторожно коснулся большим пальцем моего подбородка. У меня перед глазами темные круги замелькали, и так приятно стало, так хорошо…

— И подумай, что ты попросишь на махр, — продолжил он хрипло.

— Бороду, — не думая ответила я, — твою. В мое личное пользование. И даже если я уйду, то бороду заберу с собой!

— Готовься, я сейчас договорюсь, — улыбнулся он.

Открыто и лучезарно. И глаза у него начали светиться счастьем.

— Камал, подожди, — остановила я, — а твоя семья? Аслан? Ты же…

— Я знаю, что я делаю, — уверенно ответил он, — тебя я никому не отдам. А со всем остальным разберусь. Из комнаты не выходи и… Сотри усы, принцесса, имам у нас, конечно, хороший, но не поймет.

— Ой, — устыдилась я, — хорошо, что перекись не вылила.

Он задержался ненадолго. Просто стоял и смотрел на меня. Я чувствовала, что он нервничал, но внешне Камал этого никак не показывал.

Я заперла за ним дверь, повернула ключ в замке, упала на кровать и… Обрадованно схватила подушку, впиваясь в нее зубами, чтобы не завопить на всю округу от счастья.

Да, мы мало знакомы, но за два дня я узнала его лучше, чем некоторые за годы брака. Я научилась его чувствовать и точно знала, что Камал — хороший человек. И держит свое слово.

А еще поняла, что я теперь сделаю для него все что угодно. Все, что он попросит за то, что он не испугался сегодня. Не испугался будущего гнева своей семьи, которая и отказаться от него могла за кражу краденной для другого брата невесты.

Этот поступок говорил много больше слов.

Конечно, я недолго, но сомневалась в чистоте его намерений. Наши семьи враждуют, а я могла стать не женой, а заложником. Временным.

Но при таком раскладе, даже если папа откажется меня забирать, у меня был самый старший брат, который всегда поможет. С Дияром у нас всегда была особая связь, и то, в чем нельзя было признаться папе, я рассказывала ему. И он всегда помогал. Даже когда Расул собирался в Испанию, именно за Дияром было последнее слово, отправить ли меня с самым младшим сыном моего отца или оставить дома. Дияр разрешил, когда его попросила мама.

Мама всегда старалась сделать так, чтобы я жила свободно. Настолько свободно, как могло позволить положение нашей семьи. Она всегда стояла за моей спиной, ограждая невидимой стеной. А папа старался без особого повода с ней не спорить.

Успокоившись, я отложила подушку и снова отправилась с ванную — смывать свои каракули с лица. Это заняло больше времени, чем я рассчитывала. Лицо раскраснелось, но я и сама не понимала — это оттого, что я терла его ватой, или оттого, что я собиралась замуж.

За Камала.

Я прислушалась к своей интуиции, а та буквально вопила от радости и громко кричала «Да!»

Смыв наконец зеленку, я стала готовиться.

Хасан купил такую одежду, словно знал, что она будет свадебным нарядом. Праздничная абайя под горло, расшитая камнями на груди, насыщенного синего цвета, такая же накидка и белый платок.

Я долго собирала волосы и завязывала платок на голове так, как это подобает невесте, закрывая все, что должно быть закрыто. А потом смотрела на себя в зеркало и все еще не верила.

А Камала все не было!

Долго. Очень. Уже наступил рассвет, а мой жених так и не пришел. Я сидела на постели и умирала от страха. А вдруг у нас не получится? Или он передумал? Или хуже всего — пошутил. Или меня сейчас привезут в мечеть, а там Аслан…