Книга Шпион из поднебесной, страница 57 – Дмитрий Романофф

Дзинь Тао откинулся на спинку стула, сложив пальцы домиком.

— В Африке, Латинской Америке и России наши люди решают задачу контроля через добычу. Мы покупаем шахты, заключаем эксклюзивные контракты, а иногда… оказываем нужное влияние. Но добыча — это только половина уравнения. Вторая половина находится здесь, в Лондоне. Это контроль ценообразования, участие в корпоративных играх, слияниях и лоббистских схемах. Тот, кто диктует цену на лондонской бирже, диктует всему миру, сколько будет стоить технологическое превосходство. Он посмотрел на меня прямо и в его глазах появился тот самый огонь холодной стратегической одержимости.

— «Альфа Капитал» — это финансовый центр. Там работают трейдеры, которые двигают миллиардные контракты одним звонком, банкиры, которые структурируют сделки так, чтобы они были невидимы для регуляторов и юристы, которые пишут законы под этих банкиров. Ваша задача состоит в том, чтобы внедриться в эту компанию и не просто собирать слухи, а стать своим. Нам нужно понять, как они мыслят, узнать их слабые места, внутренние конфликты и неофициальные связи. Кто реально принимает решения? Через какие офшоры идут истинные денежные потоки? Где та точка, нажав на которую, мы можем перенаправить весь этот финансовый муравейник в нужное нам русло?

Он сделал паузу, давая мне осознать масштаб.

— Это долгая и тонкая игра на взаимопроникновение. Вам придётся думать, как они. Жить их жизнью. И при этом помнить, ради чего вы это делаете. Контроль над стратегическими ресурсами — это вопрос национальной безопасности Китая в следующем столетии. На вас возлагаются большие надежды.

Его слова прозвучали как напутствие. Не было похвалы, не было пафоса. Был только громадный, давящий груз ответственности. Задача была на порядок сложнее, опаснее и важнее, чем я даже мог себе представить. Я смотрел на логотип «Альфа Капитал». Это была не цель для уничтожения, а настоящий лабиринт, в который мне предстояло войти, чтобы изменить его изнутри. И где‑то в глубине души, под слоями легенд и приказов, шевельнулось знакомое, холодное волнение и азарт шахматиста, впервые увидевшего доску гроссмейстерского уровня.

— Я понимаю, — сказал я, и мой голос прозвучал тихо, но твёрдо. — Когда начинаем?

ДзиньТао позволил себе едва заметную, беззвучную улыбку.

— Завтра. В девять утра у вас собеседование. Не опоздайте, мистер Си. Удачи!

Я вышел на улицу. Дождь бил по лицу, но я его почти не чувствовал. В голове уже строились схемы, возможные подходы и первые шаги. Страх и сомнения были приглушены этой новой, всепоглощающей целью. Я шёл к своему безликому дому, но в мыслях уже был в стеклянных башнях делового центра, среди людей, которые считали себя властителями мира.

Следующее утро встретило меня пронизывающей моросью. Англия… Что поделать. Костюм, купленный по указанию Дзинь Тао, сидел безупречно. В руках у меня был кожаный портфель. Лобби штаб‑квартиры «Альфа Капитал» впечатляло размахом. Пахло кофе и… деньгами. Меня проводили в зал ожидания с видом на Темзу, где я просидел ровно семнадцать минут. Столько было нужно, чтобы продемонстрировать пунктуальность.

Собеседование вёл сам глава департамента стратегических сырьевых активов, Гордон Шелдон. Мужчина за пятьдесят, с лицом, где отпечатались скука и цинизм. Его вопросы были острыми, быстрыми и касались сухих технических деталей из моего резюме. Мне нужно было предоставить оценку политических рисков, структурированных займов под залог рудников и т. д.