Книга Шпион из поднебесной, страница 45 – Дмитрий Романофф

Вернувшись в номер,я не стал выходить на связь с Главком. Слишком рано. Вместо этого я погрузился в схемы на планшете. Это была изощрённая архитектура финансового унижения через внедрение микродефектов в алгоритмы мониторинга, подготовку пакетов ложных ордеров призраков и тонкую перенастройку параметров маржинальных требований для конкретных контрагентов… Каждое действие в отдельности выглядело как мелкая техническая ошибка. Вместе же они складывались в смертный приговор для десятка финансовых империй.

Я отложил планшет. За окном начинало светать. Через час за мной приедут. Я представил себе офис Шанхайской биржи. Мы должны были пробраться в её недра, чтобы провернуть невероятно сложную, но очень важную операцию.

На рассвете за мной приехал лимузин с тонированными стёклами. Мы проехали по улицам Шанхая и остановились у служебного входа в Шанхайскую биржу. Меня встретили двое в штатском, кивнули и без лишних слов проводили внутрь. Мы спустились на лифте на минус первый этаж. Когда дверь открылась, я на миг остолбенел. Вместо пыльных хранилищ или венткамер передо мной развернулась полноценная оперативная штаб‑квартира. Низкие своды бетона, оплётенные жгутами кабелей, освещались холодным светом светодиодных панелей. Человек пятнадцать в форме армейского образца, но без опознавательных знаков, сидели за столами, уставленными мониторами. Повсюду был гул систем охлаждения, стрёкот клавиатур и приглушённые голоса, отдающие команды.

Ко мне поднялся Вэй Мин. Мы с ним встречались вчера в «Открывашке». Сегодня он был в военной форме.

— Приветствую, — его голос, как и вчера был особенно чётким. Он обвёл рукой зал. — Коротко объясню. Там, на уровне выше, стоит суперкомпьютер «Нефритовый дракон». Это ядро расчётов биржи. У нас здесь прямой терминальный доступ к его торговым алгоритмам и всему потоку статистики в реальном времени. Те двое справа наши программисты. Вносят коррективы по мере необходимости. Эти трое аналитики и операционисты. Они отслеживают цепочки ордеров. Мы всё подготовили. Подключайтесь.

Он указал на свободный терминал с тремя огромными экранами. Я сел. На одном экране была карта связанных пулов и контрагентов. Это та самая паутина, которую мы и должны были ликвидировать. На втором экране были текущие котировки по ключевым инструментам. На третьем было пусто.

Начались торги. Гул в зале немного утих. Все сфокусировались на работе. На мониторах появились данные.

— Запускаем первую серию, — спокойно сказал Вэй Мин, стоя у меня за спиной. — Микроскопическое изменение коэффициентов.

Я видел, как на моём компьютере несколько брокерских фирм вдруг вспыхнули жёлтым. На втором экране пошли первые торговые ордера.

— Пошли первые маржин-коллы, — тихо произнёс один из аналитиков, не отрываясь от экрана.

Это был механический процесс. Алгоритмы управляемых нами пулов, получив крошечное преимущество в скорости и информации, начали вытеснять целевые алгоритмы противника на невыгодные позиции. Системаавтоматически требовала от них дополнительного обеспечения, а капитал был уже заблокирован в других спекуляциях, которые мы тем временем методично давили.

Вдруг раздался отчётливый грохот. Очень похоже было на звук удара о землю чего-то с огромной высоты. В зале на секунду воцарилась тишина, а потом прозвучал голос Вэй Мина: