Онлайн книга «Стратагема несгораемой пешки»
|
Один за другим пешки пробрались за дверь. Прикрыли ее, рассаживаясь полукругом и внимательно осматриваясь. Кольт, первым заметив камеру на колонне слева, бросил в нее магнитную «ледышку» — миниатюрный аналог «Шутзи Яо», цифровую мину, замедляющую воспроизведение. Для операторов наблюдения техника останется исправной, но вот поступающая на нее информация вряд ли будет иметь ценность… Пенсы двинулись вглубь подземного хранилища. Колонной, сохраняя четкий интервал и предварительно «разобрав» пространство на сектора огневой ответственности. Шли быстро, замирая лишь по сигналу ведущего, «замораживая» камеры и временно выжигая начинки попадавшихся сканеров. Вокруг было пыльно, а само огромное помещение, разграниченное рядами серых однообразных колонн, казалось заброшенным и унылым. Здесь, сваленные в горы коробок и штабели ящиков, хранился «нужный хлам», оставшийся внизу с дней возведения небоскреба. Запасные лифтовые кабины, разобранные лестничные ограждения, оконные стекла, мусорные корзины, грузовые лебедки и бухты железного троса, потолочные плафоны, устаревшая сантехника, списанная электроника и многое другое. Недра небоскреба — полые глиняные ноги величественного колосса, — остались забиты хламом и безлюдны, как амбар на Ферме Висельника. Воздух не имел запаха, что после подземки казалось даже приятным. Кондиционеры работали через один, почти не тревожа пыль, валиком слежавшуюся вдоль контейнеров. Казалось, бойцы Доппельгангера попали в неживой мистический портал, обездушенный шлюз перехода между отвратительным царством крыс и сверкающими хоромами небожителей… Временами сюда спускались наладчики, операторы и контролеры, чтобы отыскать им одним известную деталь или набор комплектующих. Но чаще всего единственными посетителями этого музея забвения бывали престарелые сторожа, попивающие дешевое винцо — вышедшие на пенсию сотрудники ЧВК или службы безопасности Статуса. Одного из таких смотрителей пенсам и пришлось скрутить, предварительно опрокинув резиновой пулей в грудь. Раненый старик печально охал и стонал, даже не пытаясь воспользоваться дистанционным шокером на поясе, а Кольт с Годаром уже прижимали того к полу, связывая по рукам и ногам. Фаусто подобрал гильзы, опуская в карман. Убедившись, что связанный охранник более не представляет угрозы, австралиец разломил у него под носом капсулу со снотворным газом. Когда дед втянул сизую дымку, окончательно обмякнув, Джастин расслабил путы на его венозных кистях — после пробуждения сторож сможет высвободить руку и вызвать помощь… — Пятнадцать метров вверх, — негромко отчитался Сантейро, прижимаясь к стене и вскидывая кулак. Все четверо, наконец, приблизились к широкой зигзагообразной эстакаде, по которой в хранилища попадала грузовая техника. — Два яруса, и мы в нужном цоколе… Дальше действуем по заранее разработанным индивидуальным инструкциям. Все готовы? Пешки покивали, одинаково безликие в пепельно-матовых шлемах. Партия началась. 20–13 Оседлав воздушные потоки и выдвинув вспомогательное крыло, соратобу парил. Айсберги высоток, расцвеченные огнями окон и реклам, проносились слева и справа, с недовольством поглядывая на машину, беззастенчиво нарушавшую высотный режим полетов над городом. Гамбург поглотила ночь, стыдливо отступавшая перед яркой иллюминацией стендов, щитов и голографических панно. То здесь, то там расплавленным свинцом блестела поверхность Эльбы, рассеченная сеткой каналов. |