Книга Солдат и пес 2, страница 78 – Всеволод Советский

Говорил он об увольнении, но я угадывал, что про себя сержант напряженно соображает о кандидатуре замкомвзвода. Кого рекомендовать на его место?.. Более того, я смесью чутья и логики просек, что Геннадий не прочь бы предложить на этот пост меня, но его останавливает мое солдатское малолетство. Я еще ведь даже не «черпак»! Так что… При всем желании — а желание заметно — вариант отпадает.

Тут мне и самому стало интересно: а каковы мысли начальства по данному поводу? Вопрос серьезный. Несложный анализ привел меня к синтезу — то есть, выводу, что замкомвзвода будет, скорее всего, назначен Рахматуллин. Парень серьезный, очень спокойный, уравновешенный. Авторитетом пользуется. Как кинолог — профессионал. Тонкости знает.

Конечно, ничего еще не решено, даже вслух не произнесено, однако, я в своем выводе был уверен. Ни малейшего ущемленного самолюбия во мне не было: я ведь и не собирался строить карьеру кинолога. Притом, что к Грому я испытывал чувства, сходные с чувствами отца к сыну — уж мне-то было с чем сравнить из прошлой жизни…

С молодыми, встретив их по-братски, нянчиться не стали, а как братьев, так сразу и впрягли в службу: поставили в наряды в паре с опытными бойцами. На сегодня в наряд должны были идти мы с Табачниковым, но нас разделили: сегодня я и Пинчук, завтра Табачников и Максимов. Я вдобавок еще и выступил с инициативой:

— Ген, давай я их собак немного проверю? На первый взгляд, псы в пределах нормы, но это же первый взгляд! Нужны и второй, и третий… Потренируемся немного на площадке?

— Дело! — обрадовался Зинкевич. — Пинчук, Максимов!

— Я, товарищ сержант! — нестройным хором отозвались двое.

— Сейчас пойдете на тренировочную площадку, поупражняетесь там. Под руководством рядового Сергеева. Ему подчиняться так же, как мне! Его приказания — это мои приказания, ясно?

— Так точно…

— Все, идите. Давай-ка, Борис, проверь как следует! — напутствовал он меня.

— Вперед, бойцы! — с воодушевлением пригласил я.

По пути я более или менее познакомился и с ребятами, и с собаками. У паши — Туман, у Вити — Монк. Откуда такое имечко — то есть, «монах» по-английски, шут его знает. Впрочем, у собак каких только не бывает кличек! Иной раз офигеешь: как так могла фантазия сыграть⁈.. Представить себе такое трудно.

Впрочем, это неважно. Идти до тренировочной площадки — минуты нет, но я сразу же постарался разговорить обоих пацанов. И начало складываться первое впечатление, которое на площадке подтвердилось с совершенно четкой закономерностью.

Паша показался мне контактным, общительным и довольно развитым парнем. Во всяком случае, речь у него была правильная, толковая. Я успел пробросить обоим как бы невзначай пару психологических тестов — вроде бы пустяковых вопросиков, ответы на которые дают неплохое системное представление о личности. Так вот: Паша отвечал охотно и развернуто, проявляясь как человек, может и не с ахти каким глубоким, но нормальным активным рассудком. Витя же оказался крайним интовертом. Ответы у него на девяносто процентов состояли из «да», «нет», «не знаю», «не слыхал»… Ну и псы, что не удивительно, оказались как-то пародийно похожи на хозяев. Туман выполнял команды, работал на полосе препятствий бойко, азартно, задорно, хотяи не без промахов. Но Павел тут же заставлял пса исправлять ошибки. Монк вроде бы формально тоже все делал неплохо. Но без блеска, без огня. Казалось, что ему очень неохота выполнять упражнения, но он вынужден делать это из-под палки, понимая, что надо… Словом, если Туману можно было поставить пять с минусом, то Монк отработал на балл ниже. Четыре с минусом. Да и то, пожалуй, с натяжкой.