Книга Солдат и пес 2, страница 27 – Всеволод Советский

Петр Петрович показал ему пропуск:

— Спецпочта! — и кивнул назад: — Вашего в городе встретил, подвез! Поможет подтащить кое-что…

Ефрейтор кивнул, махнул рукой, ворота загремели дальше. Мы проехали, у самых ворот штаба Петр Петрович тормознул.

Под его энергичным руководством я потащил ящик наверх — мне показалось, что малость старикан переигрывает, но ладно, шут с ним… Втащили к командиру. Тот еле заметно усмехнулся:

— Ну, ставьте вот сюда.

Тут же возник и Богомилов:

— Товарищ полковник, разрешите обратиться! Вызывали?

— Входите все, — Романов плотно закрыл обе двери (вход в его кабинет был оборудован двойной дверью с тамбуром). — Оперативный штаб в сборе! — усмехнулсяон. — Я в курсе дела. Юрий Васильич, ты?..

— Еще нет. Что случилось?..

— Сергеев расскажет. Как очевидец.

Я вкратце пересказал главное. Богомилов аж присвистнул и запоздало спохватился:

— Извините… Да, дела! Послушайте, но ведь выходит, план-то сработал! Расчет был верный!

— А дьявол кроется в деталях, — хмуро сказал я.

Черт возьми, бедная Наташа! Что она сейчас переживает⁈ Мне стало так жаль ее, аж сердце защемило. Ну неплохая же баба! Взбалмошная, конечно, и с придурью, зато какой заряд хтонической женской сути!.. Какая живая Венера! Это ж талант — такой быть! Дар Божий.

— Вот за эти детали нам головы поотрывать и могут, — хмуро сказал полковник. — И не только их. Похищение человека — это вам шутки, что ли?..

Тут на столе у него загремел городской телефон. Романов схватил трубку:

— Да! — и с минуту слушал грубоватый неразборчивый голос. — Спасибо.

Трубку положил.

— Комитет, — коротко сказал он. — Информация из ГАИ. Машина с такими данными на ближайших постах не замечена. Говорят, сведения полные. Посты везде.

— А всякие проселочные дороги? — осторожно предположил я. Но Петр Петрович отрицательно покачал головой:

— По проселкам далеко не уедешь. В окрестные деревни только. Да и путь-дорожки там… чуть ли не фронтовые. На «Жигулях» вряд ли и проедешь. На УАЗе разве что.

— Значит, — подхватил Богомилов, — далеко не уехали, где-то здесь ее держат! В городе.

— Или в этих самых окрестных деревнях, — отрезал полковник. — А это радиус километров десять. Пятнадцать… Петрович! Ты у нас тут главный мозг. Все вокруг знаешь. Что скажешь?

— Ну смотрите… — рассудочно начал Петрович, — курить тут у тебя можно?

— Кури, — полковник придвинул ему пепельницу.

Старик жестоко задымил своей нечеловеческой «Астрой».

— Значит, смотрите, — повторил он. — На север они точно не могли. Там река, мост. Пост ГАИ. Отпадает. Прямо на юг дорог никаких нет, только железка. Лес кругом непроходимый. То же и юго-восток. Запад и юго-запад — это шоссе, опять же ГАИ. Остается только восток! Пост ГАИ там в километрах… в километрах… А километрах в пятнадцати как раз и есть. Не проезжали! Две деревни: Иваниха да Стрельчиха. Только там! Ну или в городе.

— Но в Стрельчихе-то с Иванихой, небось, все друг друга знают, — сказал я. — Там новые людикак… грибы на блюде. Давно было б известно!

Полковник, глядя на начсвязи, кивнул на меня.

— Соображает мой боец?..

— Голова, — щурясь от дыма, согласился Петр Петрович. — Но и мы не лаптем щи хлебаем. Кумекаем помаленьку!

И с этими словами он вытащил из внутреннего кармана кителя сильно потрепанный дермантиновый блокнот.