Онлайн книга «Солдат и пес. Книга 1»
|
При этом процессы перекачки с каждым днем становились все сложнее. Опустошились ближние резервуары, понадобилось переключаться на дальние. Цепочки быстроразъемных шлангов становились все длиннее, а значит, риск протечек возрастал. Впрочем, пока все было нормально. Лаборантки Нина и Ангелина (ее почему-то все называли Геля, а меня так и подмывало назвать Геллой, но не решился) даже осунулись вроде бы, суетясь со своими анализами. А один резервуар, к ужасу Гончарова и Бычкова Геля начистозабраковала. Не соответствует нормам дизтопливо, и все тут! Хоть ты тресни. — Как не соответствует⁈ — осатанел зампотех. — Не знаю как, но не соответствует, — невозмутимо ответила Ангелина. Она была тоже приятного вида, только шатенка. Помоложе Нины. Прапорщик Климовских, по слухам, беспощадно мял обеих, хотя это были только слухи. — Не может быть!.. — Может, товарищ майор. — Давай еще раз анализ делай! Сделали повторный анализ, все подтвердилось вновь. Посторонние примеси. Зампотех света невзвидел. Приперся недовольный Климовских, жуя на ходу. Перепроверил лично — результат тот же. Абсолютно. А уж мнению прапорщика в этой сфере можно было доверять с закрытыми глазами. Кто-то чем-то засрал соляру, в как это вышло, теперь уже не установишь. — Вы что, товарищи офицеры, своим лаборанткам не доверяете, что ли? Тем, кого вы на службу приняли? — ехидничал начлаб. — Ты, Палыч, не делай умное лицо, не забывай, что ты прапорщик!.. — хмурился Гончаров. — Я, товарищ Вячеслав Юрьевич, почти старший прапорщик… — Почти не считается! Вот когда обмоем твою звездочку, тогда и будешь козырять… Климовских оттянул столько контрактных сроков, что подошел вплотную к повышению: присвоению звания «старший прапорщик», получению третьей звездочки на погон и увеличению оклада. Смеху ради скажу, что просто прапорщиков иронически именовали «ночными генерал-лейтенантами», так как их «беспросветные» погоны в уменьшенном и упрощенном виде напоминали генерал-лейтенантские, а у старших прапорщиков соответственно — погоны генерал-полковника, что служило неистощимым поводом для разных острот. Ну да шутки шутками, а солярка действительно не годилась, пришлось перекидывать временный трубопровод на другой резервуар, а отдел хранения обретал новую головную боль: куда девать забракованное топливо?.. Конечно, возможности как-то аккуратно списать его, не нарушая отчетность, имелись, но тут надо было сильно думать. Впрочем, это была совсем не главная сейчас задача. Слишком длинные шланги! Приходилось постоянно бегать вдоль этих линий и следить, особенно за местами соединений. Да, практически всякая советская техника выполнялась с 200% -м запасом прочности: известен случай, когда вертолет с отказавшим двигателем и экстренно покинувшим его экипажем сел без поврежденийна авторотации. То есть на эффекте вращения несущего винта от потока воздуха. Аккуратненько пустой вертолет сел себе и сел. Исправили движок, залили керосин — полетел… А что такого⁈ Шланги наши тоже были прочные, муфтовые соединения — надежные, но ведь и на старуху бывает проруха, никто эту мудрость не отменял. И главное: человеческий фактор! Вот где оно, самое слабое звено. Я сразу вспомнил про этот самый фактор, когда увидел кривобокую, хромую фигуру Унгуряну, да еще в длинной, чуть не до земли шинели. Ну, понятно, что это списанное одеяние, хранимое на складе для хозработ, но все-таки… Не солдат, а недоразумение. |