Онлайн книга «Шурик 1970. Том 2»
|
«Лейтенант, — проговорил уже другой голос, похожий на голос Дубцова. — Вы должны как можно быстрее собраться и приступить к активным действиям. Либерея должна находиться в царских палатах в восточном крыле здания, если смотреть от Красного крыльца. Для начала вы должны выяснить, на полках ли стоят книги. Или уже собраны в сундуки. Обоз должен»… Голос прервался, вместо него в ушах опять затрещало. К счастью, ненадолго… Я дождался, пока треск в голове затихнет, и ощупал себя. Все норм, ничего не болит. Голоса в голове больше не тревожат, даже очки на носу имеются. Кажется, я — опять Шурик. И я — снова в прошлом. Теперь уже — в глубоком прошлом, судя по окружающей обстановке. Если, конечно, меня не забросило в какой-то музей с максимальным погружением в эпоху. И прав Дудинский со своим советом. Сначала нужно осмотреться, а потом уже что-то делать. Я встал и осторожно выглянул из-за резного каменного столба, подпирающего свод. Разглядел, что упомянутые источники света — это свечки и лампадки перед иконами. Я в древней живописи не разбирался совершенно, но иконы, кажется, старинные. Толстые такие, в богатых серебряных и золотых окладах. И еще заметилперед иконами какую-то фигуру. Судя по одеянию — монах или еще кто-то из священнослужителей. Стоит на коленях, молится. Вряд ли стоит ему мешать. Что дальше? Лучше всего найти какой-нибудь укромный уголок и там затихариться в надежде, что меня перекинет обратно. Судя по часам, установленное время контакта с континуумом уже вышло. Все девяносто минут. Но стоит ли верить механическим часам «Победа» в пространственно-временном континууме, который явно давал сбой. Ведь попадать в прошлое я сегодня совершенно не собирался. Внизу под ногами что-то прошуршало. Что-то очень мелкое. Мышь? Я осторожно попятился и… наступил на что-то мягкое. Раздался истошный мяв, из-под ног моих рванулось что-то быстрое и серое. Что, что, кот, конечно, судя по мяву. Или кошка. Кажется, я испортил мышелову охоту. Человек, стоявший на коленях перед иконами, вздрогнул и обернулся в мою сторону: — Кто здесь? Голос густой такой, сильный, хоть и не бас. Я обернулся на низенькую дверь, замеченную раньше. Блин, надо было проверить, открыта ли? Хотел было рвануть туда, но передумал. Хрен ее знает, что там за дверью? А тут всего один человек, с виду — мирный, к тому ж — богобоязненный. Человек поднял с пола тяжелый подсвечник с двумя толстыми свечами и двинулся в мою сторону. Особой опасности я с его стороны не почувствовал, но увесистый посох, на который он опирался, меня несколько смутил. Кажется — железный. — Кто здесь? — повторил он. — Выходи! Прятаться за столбом было глупо, и я вышел монаху навстречу. Он остановился шагах в трех от меня. Высокий старик с широким из-за залысин лбом, при бороде. Некоторое время мы рассматривали друг друга. Заметно было, что его особо заинтересовали мои белые курортные штиблеты и очки на моем носу. На шорты мои и голые коленки он посмотрел неодобрительно. Я же впечатлился осьмиконечным крестом на его груди. Он был, как пишут в милицейских протоколах — желтого металла на массивной цепи. Видимо, тоже золотой. Крест был с каменьями, довольно крупными рубинами. И весом никак не меньше килограмма. Таким при желании и прибить можно. Но монах применил крест несколько иначе. Он прислонил посох к столбу, крепко ухватился правой рукой за нижний конец креста и протянул его в мою сторону. При этом буквально прошипел: |