Книга Гасконец. Том 2. Париж, страница 13 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

— Мой друг, во чтобы я нас всех не втянул, я смогу с эти разобраться и не подвергать вас с Планше лишней опасности, — спокойно и уверенно сказал я.

— Спасибо, месье, — поклонилась Джульетта. Я покачал головой.

— Сидите тихо, я обещаю прийти на закате, — сказал я и вышел за дверь. Быстрым шагом пробежался до выхода, встретил на улице голодную молодёжь.

— Веди, — только и бросил я пацану. Тот заулыбался, схватил сестру за руку и потащил куда-то в темноту подворотен. Мне это не очень понравилось, и я положил руку на шпагу. Хоть я и был осторожен, старался не светить деньгами и прочее, мне всё равно не хотелось бродить по парижским закоулкам.

Тем не менее, шли мы не очень долго. Спустя два или три поворота, разворошенные помойные кучи и парочку прислонившихся к каменным стенам пьянчужек, мы снова вышли на относительно широкую улицу.

Мальчишка показал рукой на приоткрытую деревянную дверь. Из двухэтажного здания таверны доносились уже знакомые кабацкие песни, шум толпы и редкий смех. В окнах не было ни дорогих стёкол, ни относительно дешёвой слюды. Просто вырубленные в стене отверстия. В одном из окон сидела девка, раскрашенная и разодетая, как любая уличная проститутка. Она играла на странного вида дудке, изогнутой и похожей на змею. Звук дудки почти целиком терялся в шуме пьяниц. Мальчишка дёрнул меня за рукав и оскалился:

— Здесь подают хорошее мясо, месье, — сказал он.

— Я помню, что обещал накормить вас с сестрой, — ответил я и пацан расплылся в ещё более широкой улыбке. Мы прошли через улицу, чуть было не столкнулись лбами с парой едва волочащих ноги солдат, и наконец, вошли в таверну.

Здесь стоял запах пота и кислого вина. Несколько человек повернули головы в нашу сторону, но не обнаружив ничего интересного, сразу же вернулись к своим делам. Выпивке и картам.

Планше и де Бержерак сидели в дальнем углу, и на столе у них стояло пять или шесть уже пустых бутылок вина. Планше разливал напиток по кружкам. На коленях у де Бержерака сидела ещё одна разодетая девка. Она заливисто смеялась и вкладывала в рот дольки яблока. Я подошёл к ним, мальчишка с сестрой и младенцем не отставали ни на шаг.

— Всё пьете? — улыбнулся я.

— Пьём, месье, — согласился Плерво. — Месье де Бержерак тоскует.

— Тоскую, — рассмеялсяСирано де Бержерак, а потом повернулся ко мне. Проститутка поймала мой взгляд, улыбнулась и провела языком по давно не бритой щеке носатого.

— Приятель! Как я рад, что ты живой, — с улыбкой произнёс Сирано. Я мог только улыбнуться в ответ.

Парижанин аккуратно ссадил девку с колен, Планше тут же передал ей кружку с вином. Затем Сирано выбрался из-за стола, нетвёрдой походкой подошёл ко мне и заключил в объятия. Я тоже был рад его видеть, и мы несколько секунд хлопали друг друга по спинам. Только после этого я усадил детей за стол, под удивленные взгляды всех собравшихся.

— Милая, принеси ещё вина, — Сирано повернулся к девке и вложил большую серебряную монету ей в ладонь.

Я достал кошелёк, где лежали су и денье. Вытащил последнее серебро и передал его девушке:

— Нужно накормить малышей. Хлеб, сыр, мясо. Молоко.

— Мне вина, — важно заявил мальчишка, но мне было достаточно посмотреть на него и погладить рукоять шпаги. Пацан сник, девка рассмеялась и покинула нас. Младенец перешёл на руки к младшей сестре оборванца.