Книга Гасконец. Том 1. Фландрия, страница 78 – Петр Алмазный, Михаил Кулешов

— А ты того жирдяя давно знаешь?

— Не очень, — пожал плечами блондин. — Мы же его прижучили, он вино вашим продавал.

— Точно контрабандист. И тайный ход его?

— Чей же ещё, — устало произнёс испанец. — Прямо в его таверну и ведёт. Это здесь он честный фермер.

Я улыбнулся и резко выбросил руку вперёд. Кулак столкнулся с черепом Диего и испанец повалилсяна каменный пол. Я осторожно подложил ему под голову солому, затем проверил дыхание. Не переборщил, слава Богу.

— Это что ещё значит? — хмуро спросил Анри д’Арамитц.

— Не хочу, чтобы его совесть мучала.

— Он уже согласился предать своего Короля, Шарль. За пять пистолей.

— Он согласился показать нам двоим вход в город. Чтобы его друзей было на что хоронить, — сказал я, но, кажется, на Анри мои слова никак не подействовали. Он только вздохнул:

— Собираешься оправдывать врага?

— Замерзнёт ведь, если его так оставить? — ответил я. — Ну да, как пить дать, замёрзнет. Помоги его связать. Где твоё христианское милосердие?

Последние слова, кажется, подействовали. По крайней мере, д’Арамитц смерил меня холодным и полным ненависти взглядом.

— Ты всё-таки полезешь в Бапом?

— Я боялся, что тайный ход построили сами военные. Или какой дворянин. А мы выползем в таверне, всем на нас наплевать.

— На нас форма, умник, — улыбнулся мушкетёр, и в этом оскале не было и следа прежней человечности. Кажется, сердце его снова ожесточилось. Но несмотря на это, он всё же помог мне связать Диего. И только потом спросил:

— Даже если найдем во что переодеться. Как мы откроем ворота, вдвоём?

— Нам не нужно открывать ворота, — ответил я. — Хотя было бы неплохо. Нам нужно всё разведать, отогреться и, по возможности, совершить пару диверсий. Пока нужно подумать, можем ли мы провести большой отряд сюда, минуя болото и реку.

Анри пожал плечами. Вдвоём, мы подняли люк и оглядели спуск. Старая приставная лестница не внушала доверия.

Я слез первым, проверил не сгнили ли ступеньки. Всё было в порядке. Затем поднялся, взял фонарь и спустился снова, поставив его на пол. Потом Анри передал мне связанного испанца и он улёгся рядом с фонарем. Наконец слез и сам мушкетёр. Я поднял фонарь, освещая нам дорогу, а он поднял на плечо испанца.

— Шарль, — спросил д’Арамитц. — Позвольте узнать, почему ваш пленник достался мне в качества поклажи?

— Потому что вы потеряли своё оружие, Анри, — рассмеялся я, и эхо разнесло мой голос по каменному коридору. — Я буду отбиваться от испанцев шпагой и фонарём, а вы — другим испанцем.

— Для столь тяжелого оружия куда больше подошел бы Исаак.

— Если бы де Порто вместился в эти коридоры, то наверное.

Д’Арамитц хмыкнул, ноничего не ответил.

Нам повезло, и коридор был прямым как палка, безо всяких развилок или поворотов. Прошло чуть больше часа, свеча начала гаснуть, а блондин на плече д’Арамитца ворочаться. Мы остановились на пару минут, чтобы соорудить для него кляп, а потом снова двинулись вперёд.

Казалось, наши злоключения наконец-то завершились. Одежда только никак не хотела высыхать. Адреналин медленно отступал, впуская в наши тела холод и озноб. Я начал стучать зубами, но изо всех сил старался это скрыть. Пришлось самому хлебнуть неразбавленного вина.

— Я все ещё не понимаю, — сказал Анри, и конечно же, в его голосе не было ни капли дрожи. Холод и дождь словно были ни по чём нашему гугеноту. — Почему ты так беспокоишься о нём? Он вряд ли стоит много.