Онлайн книга «Товарищи ученые»
|
— Кто они?.. — Да в основном из обслуги, но были и энэсы. И чисто научную информацию они уже стали качать. Ловко он их ловил, п-подлюга! — За бабки? — В основном. Но идейные тоже есть! Впрочем, у них это одно другому не помеха.Идея — хорошо, а идея плюс лавэ еще лучше. — Так-то оно так… А что за история с шофером Савельевым? — А здесь я до самого донышка еще не добрался, хотя в общих чертах картина обозначилась. Этого самого Савельева Рыбин вербанул, платил, а тому стало мало. Начал шантажировать. Ну и получил яд… то есть, это и ядом не назовешь, нечто вроде снотворного, что ли. Впрочем, зависит от дозы. Тогда следствие до этого не докопалось, но я уверен. Хотя неизвестно, получится ли доказать. Может, и нет. И никогда не узнаем. А мое мнение: Пашке этому пообещали повысить гонорары и как-то подсунули зелье. В чай, в компот, да мало ли куда. Действует оно постепенно. Так что уже на трассе парень вырубился — и в кювет. — Но мог бы ведь и жив остаться? — Мог. Вероятность невелика, но мог. Так что ж поделаешь? Риск — часть шпионской профессии. — Но он погиб, — задумчиво продолжил я, — и все осталось шито-крыто… — До поры-до времени, — уточнил Пашутин. — Да. А Кленов? С ним примерно то же? — Этот, надеюсь, не предатель. Хотя подъезжали к нему наверняка с теми же припевками. Это у них неплохо было построено: так, что и не придерешься — да я ж просто пошутил, да и все! Правда, за такую шутку можно было бы из «семерки» и вылететь, но это не так уж и страшно, в конце концов. И опять же, кто не рискует… Он не договорил. Я понимающе покивал, соображая, что с Кленовым, должно быть получилось не совсем гладко, и имитацию самоубийства в пруду пришлось делать не от хорошей жизни, если так можно сказать. И этот случай, должно быть, стал последней каплей, выведшей работу чекистов из скрытой фазы в прямую. — Так? — спросил я и получил утвердительный ответ с незначительными дополнениями. И кажется, начал догадываться еще о некоторых хитростях оперативной разработки. — Скажите, а вы ведь знали о том, что мы начали самодеятельное расследование? — спросил я, на что собеседник лишь усмехнулся. А когда сказал: — Стало быть, глаза и уши везде? — то он усмехнулся еще загадочнее. И тогда я спросил: — А почему сделали вид, что не замечаете? Хотя, наверное, вели нас? — Вели, конечно, — спокойно подтвердил он. — А почему скрытно? Да в общем-то, это нам было выгодно. Пусть бы они, заразы, думали, что на них какие-то энтузиасты вышли и ведут самодельное следствие… А настоящее-тоследствие кто ведет? — Знатоки. — Вот так оно и есть. Вопросы сразу построились в моей голове в логический ряд. — Хорошо. Тогда вопрос. Или нет, не вопрос! Скорее, предположение. Сопоставив кое-какие факты, вспомнив случай с Савельевым, Кондратьев пришел к мысли, что и с Кленовым тоже поработал его старый дружок… — Да. Но не только это. Кондратьев мне сам рассказал: несколько странных, тревожных случаев он припомнил, и везде рядом оказывался Рыбин. Как-то так тихо, незаметно, но если вдуматься — рядом! — Ты смотри-ка! — я мотнул головой. — Вдумался? Вот уж не знаешь, где таится алмаз! Ипполит Семенович — такой смешной чудак, ему вроде бы только в цирке народ смешить, а он, ты смотри-ка! Аналитик. — О-о, брат! Интересный субъект. Мы же недаром его подозревать стали. Так, думаем, прикидывается старый черт шутом гороховым. То есть, пожалуй, у него есть это, покривляться малость. Но это уж так, школа жизни. Тоже ведь его судьба потерла. Якобы умному лучше не умничать, а придуриваться. |