Онлайн книга «Последний герой СССР»
|
Я посмотрел на Настю, она мило щебетала с американцем на хорошем английском. И показывала ему то одно растение, то подводила к другому. Американец смотрел на нее примерно так же, как Петр смотрит на еду и меня это неприятно покоробило. Но — Настя девушка непростая, и вряд ли американцу что-то обломится. Кресло-кровать не пригодилось. Клочков расстелил на полу тонкое байковое одеяло и улегся, подложив под шею свернутое валиком полотенце. Что ж, о нравах не спорят, подумал я и приготовился развлекаться. Ботаник замешкался в туалете, вышел оттуда с мокрыми руками и стряхнул с них воду. Клочков невозмутимо вытер лицо ладонью и ничего не сказал. Петр снял жилет и случайно перевернул его. Из карманов посыпалась мелочь, следом выпали огрызки карандашей, расчески, какие-то мелкие детали. Олег спокойно все это либо отбивал, либо ловил. Потом Петр, устраиваясь на диване, уронил на Клочкова подушку, очки, из брюк выпал ремень — тоже угодил пряжкой на проводника. Тот поймал ремень на лету и отложил в сторону. Я, улыбаясь, ждал, на сколько хватит его «дзена». Ботаник еще пару раз наступил на него своими ластами, извинился. Затем, зачем-то метнувшись к столу, споткнулся и рухнул на то место, где только что лежал проводник. Тот успел откатиться. — Извини, я хотел конфет из вазы взять, погрызть перед сном, — ученый потер ушибленный локоть, не вставая, дотянулся до стола и набрал горсть леденцови вернулся на свой диван. — Петруха, вот воистину, ты не зае**шь, так задергаешь, — со вздохом произнес Клочков. — Представляю, какое веселое будет с тобой путешествие… Я рассмеялся, но не стал говорить, что он не представляет даже сотой части того, насколько «веселым» будет путешествие в компании с ботаником! Петр зашуршал обертками от конфет. Видимо, запас «дзена» у нашего проводника не безграничный. Он, наконец, отреагировал: — Хоть один фантик прилетит на меня, откручу голову. Насовсем. Наступила тишина. Ненадолго. Ученые захрапел. Если не знать, что звуки издает человек, вполне можно принять их за звериное рычание. Посмотрел на проводника, тот спал, улыбаясь во сне. Блаженная способность — засыпать мгновенно, только коснувшись головой подушки. Я еще повертелся, потом натянул подушку на ухо, представил, что я в деревне, весна, трактор пашет в поле — и тоже заснул. Снились змеи, орлы, толстый американец в обнимку с Горбачевым и Настя… Утром проснулся рано. Петр все так же храпел, но вот Олега уже не было. Обычно я сплю очень чутко. По крайней мере за пятьдесят лет своей прошлой жизни эта привычка стала постоянной. Достаточно было малейшего постороннего звука, чтобы сон пропал. А здесь я даже не слышал, как человек встал, оделся, аккуратно сложил свою постель и вышел. Кстати, вчера не обратил внимания на то, были ли у Клочкова с собой какие-то вещи? Потом вспомнил, как он ел орехи вечером. Откуда-то он их вытащил же? Хотя, мог и из кармана выудить горсть. Я встал, заправил диван, оделся и, быстро плеснув пару горстей воды в лицо, направился в склад. Наш проводник был уже там. — Дядя Степа, — окликнул я заведующего склада. — Да, Влад? — тут же откликнулся Кузьмич. — Надо мыло, зубную пасту и три щетки добавить, — попросил его. — Есть? — Обижаешь! У меня даже птичье молоко есть, — он вроде бы пошутил, но я краем глаза заметил на его столе коробку конфет — дикий дефицит в это время, конфеты «Птичье молоко». |