Книга Последний герой СССР, страница 121 – Петр Алмазный, Юрий Шиляев

В Кубанке были через час. От города не сильно далеко, но и не сильно близко. Самый оптимальный вариант. Брат матери, крепкий мужик лет пятидесяти, всю жизнь проработавший в этом совхозе трактористом, обрадовался.

— И правильно! Под старость лет поближе к земле надо, Борька! — Он хлопнул отца по плечу мозолистой рукой. — Привыкать, так сказать, к землице пора, чтобы потом лежать в ней мягше было, — пошутил он и сам же захохотал над своей шуткой. — А совхоз у нас немецкий, здесь все правильно и аккуратно… Жалко только немцы в Германию засобирались. Уже три семьи выехали.

— Крысы бегут с тонущего корабля, — хмыкнул отец.

— Что ж сразу крысы-то? Они ж вроде как на Родину едут? — Возразил дядька.

— Кому они на той «родине» нужны? — не сдавался отец. — Они про ту «родину» только в книжках читали — о Великой Отечественной войне!

— Да что крысы-то сразу? Люди все хорошие, чтобы чужое взять — ни-ни. И все уважаемые. Вот тот же главный энергетик…

— Бать, дядь Андрей, не спорьте, вы оба и правы, и неправы, — примирительно произнес я. — Людям просто не нравится то, что происходит в Союзе. Повлиять на происходящее они никак не могут, а участвовать в этом не хотят. Ну и, видимо, чуйка у них развита. Интуитивно чувствуют, что валить отсюда надо.

— Да наши отцы и деды за наш Союз кровь проливали! — Возмутился отец.

— Ты прав. А еще дети и внуки проливать будут. Только не за идею, как деды, а из-за идиотов у власти, — жестко сказал я и сменил тему:

— Показывайте дом, дядь Андрей.

— Да вот он, уже пришли, — дядька кивнул на справный деревянный дом под круглой крышей. — Вот. Главный энергетик тут жил. Немец. Уехал в Германию месяц назад, а дом продать не успел. Покупателей не нашлось. Оставил доверенность родственникам.

Дом понравился. Особенно отцу, который оценил и мастерскую, и гараж, и баню. Все сделано добротно, как говорится, на века. Огромный огород до горизонта, за огородом — река.

Сошлись в цене, сразу дали задаток. Председатель сельсовета — дородная женщина, которой, собственно, и оставил доверенность уехавший немец — широко улыбаясь, сказала:

— Ну вот, хороший человек к нам в село приехал, сразу видно. А нам плохих не надо, у нас плохих хватает. Хотя не такмного, как в других деревнях.

Оставил отца оформлять покупку и договариваться о совместной поездке в БТИ.

— Да ты езжай, все сделаю, — уверил меня отец. — Я на автобусе вечером приеду. А пока вон с Андрюхой посидим, поговорим, сто лет не виделись.

Я не стал настаивать, поехал в Барнаул. Звонок Сорокина застал меня на полпути к городу.

— Влад, ты сейчас территориально где? — не тратя время на приветствия, спросил он.

— Проезжаю Бураново. Через полчаса буду в городе.

— Нормально, сразу дуй в аэропорт. Будешь проезжать мимо Лисавенко, позвони — охрана присоединится. Надо встретить Алферова. Всплыли интересные обстоятельства в связи с твоей вчерашней находкой, — намекнул он.

Алферова я встретил и отвез в «Р. И. П.».

— У Петра интереснейшие находки, — сообщил он, впрочем, не вдаваясь в подробности.

И я прекрасно понимал, почему он не ведет серьезных разговоров в машине. Прослушать транковый канал связи сложно, машину спецы Сорокина на предмет жучков тоже проверяют — ежедневно, утром и вечером. Но все же, береженого Бог бережет.