Онлайн книга «Жуков. Если завтра война»
|
Это была нейтральная зона, где располагались лишь вспомогательные службы — полевые кухни, медпункты, ремонтные летучки, склад ГСМ. Я быстро перебрал варианты, отсекая заведомо нереалистичные. Диверсионная группа вероятного противника, заброшенная для дезорганизации тыла? Возможно, но глупо. Ради одного артналета по одному из пунктов временной дислокации рисковать людьми и выдавать свою активность на нашей территории. Маловероятно. Сами «синие» по ошибке? Исключено. Уж что-что, а цели для учебных артобстрелов определены были четко до начала учений. Значит, стрелять должны были по-настоящему. Вот только кто и из чего? Свои?.. Типа, проверка бдительности… Без согласования с командованием это провокация. А цель? Скомпрометировать сами учения или меня лично? В таком случае, понятно, почему они имеют доступ к шифрам и аппаратуре штаба «синих». Чужие? Те самые, с которыми мы уже сталкивались — остатки сети Эрлиха или новая агентура. Их цель — не нанести реальный ущерб, а посеять панику, сорвать учения, доказать, что в округе небезопасно. Опять же остает вопрос — кто и из чего? Выстрелы в глубоком тылу, даже холостыми, могли быть восприняты как начало реальной атаки, привести к неразберихе, а то и к ответному огню. Однако самый трезвый и потому самый тревожный вариант был третий. Ошибка, но не случайная. Кто-то подставил под удар конкретную цель в тыловом районе. Я быстро пролистал дислокацию тыловых служб на этом участке. Полевой склад ГСМ для 8-й танковой дивизии Фотченкова. Пункт сбора условно «подбитой» техники. И… штабная автоколонна с наблюдателями из Москвы, которая должна была прибыть туда как раз к утру, чтобы переместиться на следующий командный пункт. Если бы артиллерия «синих» отработала по этим координатам, даже «условными» болванками, это могло привести к жертвам среди высшего командного состава и представителей Генштаба. Скандал был бы оглушительным. Учения сорваны, я — отстранен, а может, и отдан под суд. Я приказал адъютанту: — Немедленно связаться с командующим артиллерией «синих». Отменитьлюбые огневые задачи по любым координатам без моего личного подтверждения. И найти того, кто эту задачу поставил. Второе. Штабной автоколонне наблюдателей изменить маршрут. Вести их в обход этого квадрата. По причине размытой дороги. — Есть, товарищ командующий, — откликнулся адъютант и закрутил ручку полевого телефона. Я повернулся к командиру 10-й танковой Огурцову, который стоял рядом, пытаясь понять, что происходит. — Товарищ комдив, кем охраняется ваш склад ГСМ в квадрате 78−34? — Стрелковым взводом, по штату мирного времени. Никакой артиллерии, только стрелковое оружие. — Усильте охрану вдвое. Немедленно. И прикажите быть готовым к возможной диверсии. — Есть! Пока отдавались приказы, я смотрел на карту. Казалось бы, ничем не примечательный квадрат в тылу. Идеальная мишень для провокации. Кто-то очень хотел, чтобы учения «Меч» закончились катастрофой. И этот кто-то имел доступ к нашим оперативным планам и системам связи. Значит, угроза была не внешней. Она исходила изнутри, скрываясь в самой системе управления войсками. И сейчас, под шумок маневров, скрытые враги решили нанести удар. Мой приказ не открывать никакого огня по указанным координатам, был передан немедленно и подтвержден обратной проверкой. Одновременно я приказал начальнику связи через шифровальщиков выяснить, откуда поступила исходная команда на артподготовку указанному квадрату. |